Часть третья. Духовная миссия Европы

RUDOLF-STEINER.RU

Библиотека
антропософского движения
   
Главная

Авторский раздел

Именной каталог

Х. Сальман

Исцеление Европы

Часть третья. Духовная миссия Европы

Часть третья

ДУХОВНАЯ МИССИЯ ЕВРОПЫ

1. Европа между Востоком и Западом

2. Культура — это творение свободного человека

- Образ свободного человека

- Очищение души

- Образ природы

- Образ социума

3. Спиритуализация науки

- Пробуждение «Я»

- Преображение души

- Отношение к природе и к собственному телу

- Отношение человека к другим людям

4. Путь к культуре сердца

5. Новый образ Европы

Послесловие

- Ответственность европейца перед миром

Примечания


Вглядываясь сегодня в европейскую культуру получаешь впечатление ледяного, зимнего ландшафта. Ветры технологического обновления дуют с Запада, но они не оставляют места для проявления человечности. Прагматическая установка ориентирует на материальность и эффективность.

В начале 20 столетия Р. Штейнер указал на некоторые аспекты этой "культуры низшего мира"(132).

  • Мышление абстрагируется, при этом теряются спиритуальные прозрения; человек тонет в потоке бессвязной информации.
  • Духовное знание консервируется в библиотеках, вместо того, чтобы жить, распространяясь и развиваясь дальше. (Мы, к тому же имеем компьютеры.)
  • Всё больше укрепляется вера в могущество цифровых данных и это ведет к манипуляциям во всех отношениях.
  • Люди действуют, проявляя при этом всё меньше настоящей заинтересованности, а духовное знание больше не воодушевляет их.
  • Людей всё больше разделяют разногласия, разделение на партии и национализм.
  • Евангелия интерпретируются материалистически, так что Христа считают "простым человеком из Назарета".
  • Основываются школы, которые без труда делают людей якобы ясновидящими, однако это галлюцинирование, а не яркое и объективное видение.

Наряду с этими аспектами мышление воздерживается от действительно спиритуального познания, оно проникается нечеловеческим разумом, который может усиливаться из-за применения так называемых "учебных пилюль" (химических средств, якобы содействующих процессу обучения - прим. пер.) и новых, основанных на гипнозе и внушении методов обучения.

Понятно, что многие люди отмежевываются от этого холодного мира, в котором душа помрачается и надламывается; каждый старается избегнуть опасности погубить в современном обществе свой внутренний мир. Вот почему с большим интересом воспринимаются движения, стимулирующие развитие личности и спиритуальное развитие, как, например культура "Нью эйдж". Этот интерес проявляют и круги предпринимателей. Молодые люди ищут защищенности, которую они не испытывают в своем окружении. Их агрессивность становится при этом предохранительным клапаном, за которым скрывается их беспомощность. Они используют всевозможные средства для достижения экстаза, "высшего опыта", используют наркотики, музыку.

Но есть и другие, дерзающие противостоять "духовной зиме". Есть люди, неподдающиеся запугиваниям тех, кто хочет манипулировать их поведением. Они мужественно выбирают тяжкий путь сквозь "духовную зиму" и в своем внутреннем мире вынашивают зародыши новой культуры.

Европейская культура подвергнута влияниям не только со стороны англо-американской культуры Запада, которая увлекает за собой в "низший мир", но и со стороны Востока, его азиатских культур, которые хотели бы сделать ее отчужденной по отношению к земным проблемам. Труды Штейнера позволяют еще точнее характеризовать эти две силы. По Штейнеру с Запада по преимуществу действует представление, что только материальное бытие обладает реальностью, что исключительно земная вещественность является действительным гарантом в жизни, может наполнить эту жизнь содержанием. Следствие отсюда - ожесточение, жажда чисто земного, страх перед спиритуальным. С Востока же, - как говорит Штейнер, - действует влияние, которое заставляет человека "выходить из себя", загоняет его в мир иллюзий и фантазии. Это может вести к "отлёту" человека от земли, замыкает его в мире высшего сознания. Эти две тенденции могут проявляться повсюду, но наиболее характерны они для Запада и Востока.

Европейская культура может все-таки удержаться в середине между этими противоположными силами Запада и Востока. Полярное действие этих сил наблюдается и в каждом отдельном человеке, оно носит общечеловеческий характер. Соотнеся эту полярность сил с "Я" человека, можно заметить, что он должен, с одной стороны, остерегаться сил, лишающих его "Я" действенности, отягчающих человека земной вещественностью и этим помрачающих его сознание; с другой же стороны, он должен бороться с силами, которые не позволяют его "Я" ступить на Землю, растворяют его сознание в мире космических образов.

По Штейнеру мы тут имеем дело с реальными духовными силами, которые сбивают человека с пути к живому Христу. Но при этом дело обстоит так, что только благодаря этим силам и тому противодействию, которое они вызывают в человеке и культуре в целом, становиться возможным само развитие. В спиритуальной литературе эти силы известны как сатанинские (или ариманические) и люциферические.

В центре противоборствующих сил можно установить равновесие, создать возможность диалога между культурами Востока (Азия) и Запада (Америка), каждая из которых носит односторонний характер и которые без связующего центрального звена не могут сочетаться друг с другом в положительном смысле.

В областях Европы этот центр может обеспечить перспективы на будущее с помощью групп из связанных друг с другом людей, действующих из познания и моральных интуиций, людей, пронизавших свой интеллект духовным светом. Инициативы, основанные этими группами, позволят сердцу Европы забиться вновь; европейская культура будет содействовать идейному обмену между Востоком и Западом, сама же сможет посылать целительные и созидающие силы в мир. Такой обмен может возбудить культурную циркуляцию, в которой Европа займет центральное место. В общих чертах в этом и состоит духовная миссия Европы.

В подтверждение этого взгляда следует подумать о том, что власти, разделившие Центральную Европу в XX веке - Америка и Советский Союз - поставили свое культурное развитие в зависимость от Центральной Европы. Подобное уже происходило при подчинении Греции Римской республикой, которая при этом в культурном отношении стала зависима от Греции. С этой точки зрения перед европейской культурой поставлена важнейшая задача.

Подытоживая развитые в этой книге идеи, необходимо также дать обзор развития европейской культуры, исходя из ее посреднической позиции между двумя противоположностями. В заключение будет показано как с помощью спиритуализации науки формирующие импульсы прошлого могут быть преобразованы в импульсы будущего европейской культуры. Следующая глава описывает процесс культурного созидания как путь индивидуального человека к своему сердцу. Эта третья часть завершается новым образом Европы, который охватывает пути развития и формирования европейской культуры и указывает на духовную миссию Европы.



В древнем мире человек был творцом своей культуры лишь в самом незначительном масштабе. Культурное развитие определяли храмы и так называемые мистериальные школы. Они были местами, в которых будущие правители имели возможность совершить некоторое внутреннее развитие. После того как пройдя подготовительный период в мистериях они получали посвящение, они могли вести свой народ, так как обретали связь с миром Богов. Такие школы посвящения были во всех культурах мира.

Во введении к этой книге рождение европейской культуры отнесено примерно к XXI столетию до Р. Х. Это было время минойской культуры, центр которой был на греческом острове Крит и управлялся теократией (иными словами - правление Богов). Критские цари - жрецы поддерживающие постоянные контакты с азиатской и египетской теократией считались, вследствие их посвящения представителями Богов. После XIV века до Р. Х. в материковой Греции сложилось аристократическая форма правления. Это была эпоха мифических героев, таких как Геракл, Орфей, Ясон и героев-участников Троянской войны. Эта война, окончившаяся благодаря хитрости Одиссея около 1200 до Р. Х. была одним из первых столкновений между Европой и Азией. Европе было тогда 900 лет, то есть, если соотнести с развитием человека - 9 лет.

В мифах и легендах о богах юный европеец переживал свою связь с природой и божественной властью, сопровождавшей развитие культуры. Сознание человека было в то время совсем иным чем сегодня, оно было гораздо сильнее проникнуто окружающим миром. Его душа была открытым пространством, которое еще не целиком было заполнено вселившимся человеческим "Я". Внешние силы могли еще с легкостью захватывать душу.

Примерно в VII в. до Р. Х. когда европейскому развитию было 14 веков, отношение греков к действительности очень сильно изменилось. Мифические образы стали уступать место пробуждающимся мыслям. Человек начинал в своей душе обособляться от мира и удивляться тому, что он в нем открывал. Душа всё больше и больше становилась внутренним пространством человека, где в ходе времен мог рождаться человеческий дух. Греческая культура становилась местом рождения личной души. Она базировалась уже не на мистериальной мудрости, а на знаниях и умениях приобретенных самим человеком.

После того как культуротворческий процесс два свои первых шага, - по семь столетий каждый, - проделал под руководством мистериальных храмов, то свои последующие четыре шага, - примерно по семь столетий каждый, - вплоть до нашего времени, он совершал благодаря свободным людям, ставшим носителями этого процесса. При этом выявляются четыре главных образа: образ человека, образ душевного развития, образ природы и образ социальной жизни.


Образ свободного человека

В греческой культуре родилась европейская философия - любовь к потерянной мудрости. Философия должна была заменить посвящение в мистерии, внушить человеку доверие к миру мышления так, чтобы он мог собственными силами вновь обрести мистериальную мудрость. С помощью силы мышления образовывалась с этих пор европейская культура. Греческий философ Аристотель, - основатель науки, - указал при этом дорогу к исследованию материального мира. В качестве вспомогательного средства для этого он развил ясную систему понятий и логику для использования этой системы. С помощью этих понятий человек, мысля, мог проникнуть в сущность вещи.

Развивая свое представление о человеке, свой образ человека Аристотель говорит о бессмертном духе, который всходит в душу человека извне и имеет божественное происхождение. Так Аристотель создает возможность, чтобы человек мог познать себя самого как активное духовное существо. Аристотель развивал свою философию и начала науки, находясь между философией еще связанной с мистериальным потоком (как у его учителя Платона) и течениями, которые уже вели к абстрактному мышлению современной материалистической науки. В этой полярности греческая культура и достигла своего максимального подъема.

Когда в Европу пришло христианство, этот первый свободный акт культуротворчества (от 14 до 21 года жизни европейской культуры) был завершен. Христианство внесло в европейскую культуру новый импульс: импульс самосознания. В христианстве человек стал осознавать свое "Я" и мог тем самым начать работу над преобразованием и очищением своей души. Этот новый импульс связан с принципом "Я-есмь", который описывается в Ветхом Завете как главное свойство Яхве. Яхве открывается Моисею как "Эхйех ашер эхйех" (Ehjieh ascher ehjeh), что означает: Я буду существовать, поскольку я существую (Мартин Бубер) или: Я пребуду с вами, или: Я-есть принцип "Я-есмь" (Эмиль Бок). Бог является только тогда, когда человек присутствует в полноте своего "Я"-сознания. В провозвестии Христа продолжается тот же мотив, особенно там, где в Евангелии от Иоанна выговаривается семь раз "Я есмь слово", что указывает человеку на его собственное "Я", в котором он (по ап. Иоанну и ап. Павлу) может найти Христа. Из сочетания греческого мышления с христианским самосознанием вылущается новый образ человека, речь о котором идет в теологии ап. Павла. Она служит основой новой спиритуальной науки о человеке, науки, которая вслед за Аристотелем устанавливает различие между телесным человеком, душевным человеком и духовным человеком, которая подготавливает людей к состоянию внутреннего пребывания Христа в человеке, как это описывают ап. Иоанн и ап. Павел.


Очищение души

В процессе этого подготовления человек может преобразить свою душу в чашу, способную к принятию духовного. Душа становится тогда Чашей Грааля. Это преображение эгоистических вожделений душевной жизни с помощью "Я" называется очищением души. К этому примыкает традиция христианства св. Грааля, струящееся в подосновах Западной Европы; отсюда же распространяющая эзотерическое христианство, направленное на очищение души. В девятом столетии оно переживает в образе Парсифаля свою вершину. Уже упоминавшийся Ирен Пелагиус и ирландские монахи принадлежали этому свободному, недогматическому, не связанному институционно христианству.

В эти первые христианские века мышление было еще полностью погружено в религиозные представления. Это мышление еще носило космический характер. Мысль была средством для того, чтобы осветить то, что из религиозных источников в образах струилось от человека к человеку. В середине этого периода в IV столетии (Рудольф Штейнер называет здесь 333 год) в человеческую душу вступило "Я" и дало людям самосознание. Именно в этом столетии готский посвященный и епископ Вульфилла (311-381) перевел Библию, для чего он переделал древнегерманское слово "eko" в слово ik (ich - т. е. "Я") по инициалам Иисуса Христа (Iesus Krist). Этому христианскому пути противостояли два других, которые восходят к академии Гондхишапура (VI и VII век по Р. Х.). С одной стороны в соответствии с древней мудростью востока утверждалось, что человек думает не сам, но при экстазе получает мысли из эфира. С этим связано воззрение, что человеческий дух после смерти снова вливается в мировой дух и что после смерти нет никакого личного, духовного потустороннего бытия. С другой стороны в Академии обучали логическому, аналитическому мышлению, изучали натурфилософию, логику Аристотеля и греческую медицину. Это вело к абстрактному мышлению, ориентированному на подчинение природы и к отрицанию реальности индивидуального духа. В течение этого второго этапа свободного культуротворчества христианство было воспринято европейским культурным развитием. Можно считать, что он завершился в 869 г., когда по решению Константинопольского собора дух перестал рассматриваться как самостоятельное начало. Указанный период соответствует в биографии Европы периоду с 21 до 29 лет. После этого периода начинается внедрение в официальную христианскую теологию и философию того нового научного мышления, которое пришло из арабских пустынь.

Однако дух внутреннего христианства оставался все же движущей силой центрально-европейского искусства и архитектуры. Это становится заметным с девятого столетия по Р. Х., в каролингском и оттоновском ренессансе, в литературе о св. Граале, в норвежских мачтообразных кирхах, в романской и готической архитектуре. Церкви, построенные в то время отражали сознание Грааля, к которому обращалась душа человека, чтобы очиститься и раскрыться для духа. В этом процессе темное пространство романской крипты преобразовывалось в световое море готического кафедрала.


Образ природы

Свою силу мышление стало набирать в схоластике с X века по Р. Х. В соборах и университетах интеллект трансформировался в чисто человеческую способность. Человек начал думать своим левым полушарием мозга, тогда как прежде он еще интуитивно думал своим сердцем. В XIII веке по Р. Х. Фома Аквинский попытался поддержать связь мышления с духом. Используемые понятия имели для него духовную реальность, они обладали рангом действительности, действительной ценностью. У него в мышлении можно увидеть свет из мира духа. Против этого выступали номиналисты, продолжатели абстрактного арабского и римского мышления; они утверждали, что используемые человеком понятия являются лишь произвольно выбранными наименованиями. С иной точки зрения выступали против Фомы Аквинского и его соратников философы христианско-аристотелевского толка, которые отвергали мышление в ясных понятиях и, примыкая к Платону жили в мире космических образов или в мистическом экстазе.

Когда в конце средних веков подошел к концу и этот третий этап свободного культуротворчества (что соответственно возрасту европейской культуры с 29 до 36 лет), некоторые центрально-европейские философы, - Мастер Экхарт (1260-1329), кардинал Николай фон Куз (1401-1464) (по латински - Кузанский) опытным путем пришли к заключению, что мир духа стал недосягаем для мышления. Когда Кузанский хотел помыслить Бога, направить свои мысли к Богу, эти мысли обращались в "ничто", и из этого "ничто" поднималось "Я". "Я" концентрировалось в сознании в одну точку. Кузанский стал таким образом предшественником современного естествознания, в котором человек совершенно отделен от мира133. Математика перестала использоваться для рекогносцировки внутреннего пространства, как это было при Кузанском, но стала подобна сетке, набрасываемой на весь мир. Математический порядок, который стали замечать в мире, всё меньше и меньше переживался как божественный порядок. Из-за этого, - как позднее выразился французский естествоиспытатель П. С. де Лаплас (1749-1827) в разговоре с Наполеоном, - Бог, якобы стал лишним, подобно гипотезе, в которой наука уже больше не нуждалась.

На четвертом этапе свободного культуротворчества с XVI в по Р. Х. человек ощутил в объективной науке ту новую созидательную силу, которую уже не могли давать религиозные представления. Европейская культура вступила в шестое семилетие своей биографии (35-42 год жизни). (Проводя антропоморфную аналогию между возрастом культуры и возрастом человека автор опирается на духовнонаучное представление о семилетних этапах индивидуального развития человеческого тела, души и духа: этап от рождения до смены зубов, от смены зубов - до половой зрелости и т. д. - прим. Пер.)

Исчезновению Бога из природы сопутствовало исчезновение из природы и самого человека. Качественная оценка в человеческих суждениях уступила место количественной: измерению, вычислению, взвешиванию. Природа предстала как исчисляемая, объективная реальность, которой может овладеть человек, если он узнает ее законы. Тем самым человек приобрел большую свободу. В то же время в этом новом образе мира человеческому сознанию уже не уделялось места, так что человек все больше отбрасывался в самого себя.

В материалистической картине мира, в образе мира возникшем в XIX веке по Р. Х. человеческое "Я" становится, в конце концов, загадкой, в связи с чем все существенные вопросы бытия считаются неразрешимыми. Подобный агностицизм становится всё крепче, по мере того как естественнонаучные методы переносятся на исследование вопросов, связанных с человеком и обществом. Человек и общество изучаются наподобие объектов природы, которые должны быть сделаны научноуправленными. Тем самым была проложена дорога в "низший мир", который как мир спиритуального помрачения является в конце концов порождением самого человека. Помимо зачина материалистического естествознания в позднем средневековье в алхимии и розенкрейцерстве возникли зачатки спиритуального естествознания, в котором человек мог развивать связи с духовными силами природы. Занятия такой наукой требуют от ученого определенной внутренней установки и этики, - морального сознания, так что "чтение в книге природы" становится в то же время путем внутреннего развития. Познания, достигнутые на этом пути могут быть использованы только на благо ближних. Лаборатория должна при этом стать алтарем. Такой способ развития науки целиком базируется на внутренней связи, которая должна быть заново налажена между человеческим "Я" и миром духа, учитывая, что со времени Кузанского такая связь становилась всё слабее.

В университетах это не представлялось возможным, поскольку там как и в арабских университетах внутренняя жизнь оставалась в пренебрежении. Как показал в своих естественнонаучных трудах Гёте надо преодолевать любые поползновения к власти, надо сделать самого себя сосудом, в который природа могли бы вмещать свои тайны. Так было положено начало новому естествознанию (гётеанизму), которое дает возможность явлению самому говорить о себе, не втискивает природу в теоретические рамки. Метод Гёте может быть сегодня назван феноменологией, феноменологическим методом. Он позволяет наблюдаемому феномену раскрываться перед исследователем.

Поиски отношений между "Я" человека и внешним миром происходили и в философии. Во многих философских системах были предприняты попытки создать такой образ мира, в котором внутренний мир человека и внешний мир природы были бы тесно увязаны друг с другом. В немецком идеализме делалась попытка установить такую связь с помощью представлений о созидающем и свободном "Я" человека. Эта связь имела еще абстрактный характер, она не охватывала реальности, но останавливалась на уровне идей. Как продолжение этой философии Рудольф Штейнер развил свою антропософию, которая вполне воздавала должное результатам современного естествознания и открыла новые измерения созидательной активности "Я", которыми современная наука пренебрегала, так как почитала действительностью только материальное.

Антропософия продолжает традицию центрально-европейской философии. Она преодолевает противоположность между абстрактным, мертвым мышлением западной науки, которая будучи предоставлено само себе может заводить все дальше в создаваемый им мнимый "низший мир", и - с другой стороны, - и образным мышлением, возникающим, когда бодрственное дневное сознание утрачивается и замещается иными состояниями сознания. После шестидесятых годов XX века современные версии этих двух экстремальных позиций стали сходиться в синтезе современного системного мышления с азиатской спиритуальностью. При этом отбрасывается европейская позиция, позиция центра, середины - и тем самым отбрасывается "Я" человека. В конечном итоге этот синтез, исключающий человеческое "Я" приводят к тому, что человек перестанет быть творцом своей культуры.

Антропософия вступила в биографию европейской культуры, когда последней исполнилось 40 "лет" (или 40 веков, - что то же), в момент ее "кризиса середины жизни". Можно рассматривать антропософию как подготовление к пятому этапу свободного культуротворчества (а всего по счету - седьмого, т. к. два первых - несвободные. - прим. Пер.), в котором европейская культура снова установит связь с миром духа и эта связь будет обеспечиваться не так как раньше в древних мистериальных центрах, но на уровне самосознания. Острова культуры можно переживать как мистериальные центры будущего, где люди при своих встречах и совместной работе будут получать духовные инспирации.


Образ социума

Параллельно с концентрацией "Я"-переживаний в одной точке сознания, - что стало возможным на исходе средних веков, - появилась возможность достичь нового отношения к "Я" своих ближних. Его мы встречаем в различных ветвях манихейского христианства, таких как бегины, нидерландские "Братья общей жизни", братства в Богемии, Венгрии и Польше. Здесь речь идет о течениях, где священство избиралось из мирян, а люди помогали друг другу в своих нуждах. Центральным связующим звеном были собрания, в которых голос ближнего мог прозвучать в собственной душе. Поскольку собственное "Я" должно было при этом временно отступить, чтобы смочь принять "Я" другого, приходилось жертвовать самосознанием, чтобы достичь познания другого человека. При этом в совершенно новом свете представало представление о вселении Христа в человека. Считается, что Христос живет в межчеловеческом элементе ("где двое или трое собираются во имя Моё, там и Я среди них"), на этом основании можно сказать, что Христос живет в человеке в той мере, в коей допустил он в себя своего ближнего (в коей допущен в его внутреннее пространство его ближний).

В братствах, принадлежащих к этому социальному потоку возник образ человека - носителя социального импульса. Ориентируясь на этот образ, они искали новые формы для создания общности. Здесь начало социологии, которая достигает своих познаний не прибегая к методам современного естествознания, не развивая той социотехники, с помощью которой реализуется власть над людьми. Такая социология еще находится в начальной стадии; столь же мало живет в сознании людей идеал общины, удовлетворяющий нужды своих ближних. Это актуально лишь в славянском мире.

Рассматривая это схематичное отображение культуротворчества свободного человека можно отметить в нём три линии. Одна из них занимает среднюю позицию, она наиболее сильно действует в центрально-европейской культуре. Эта центральная линия исходит из иудео-христианского образа свободного человека, в котором, - в соответствие со взглядами греков, - различают тело, душу и дух. В процессе становления человеческой свободы постепенно пробуждается "Я" человека. Будучи активно, это "Я" оказывает очищающее влияние на человеческую душу, преобразуя ее в чашу, способную воспринять духовное. При очищении необходимо дистанцироваться от всего, что мешает стать непредвзятым и восприимчивым. Следующий шаг состоит в том, чтобы позволить природе или другому человеку высказать о себе нечто, при этом человек активно раскрывается навстречу другому человеку или природе и при этом отстраняет любые устремления подчинить их себе. Духовные силы, действующие в другом или в природе, могут при этом выступить как откровение и человек может пережить коммуникативное состояние.

Так становится возможной спиритуальная наука (о человеке, о природе и об обществе), которую развивали, например, Гёте и Р. Штейнер. Человек не остается при этом лишь зрителем своего окружения, но участвует в нем своим сердцем. Так человек может идти навстречу своим ближним, - при этом он впускает в себя самого "Я" другого человека, - и в своих поступках руководствуется потребностями своих ближних. Этим шагом открывается спиритуальный путь созидания центрально-европейской культуры. Это путь культуротворчества, проходя через всю историю Европы конкретизирует духовную миссию Европы: стать серединным путем между Востоком и Западом.

В культуре Западной Европы и, позднее в Америке, в первую очередь, под влиянием арабской науки было сделано несколько шагов, приведших к современной материалистической науке. Это - вторая линия. Ее исходный пункт в том, что человек это животное, которое отличается от остальных животных только своей разумностью, интеллектом. Об очищении души здесь не может быть и речи, поскольку человек рассматривается как лишенное "Я" вожделеющее существо, которое хочет властвовать над природой. Отсюда вытекает, что человек будет пытаться властвовать и над обществом также как над природой. Этот факт лежит в основе современных наук о человеке, естественных и социологических наук. Эти науки уже в течение двух столетий разрабатывают рациональные технологии подчинения.

Как противоположность этому агрессивному культурному идеалу течения третьей линии, - подобно культуре "Нью эйдж", - опираются на космические образы. Центральным становится единство человека с его высшим космическим сознанием, которое достижимо для человека в состоянии самоотдачи. Отсюда вытекает и соответствующий подход к природе, телу и своим ближним, ориентированный на гармонию и равновесие. Здесь речь не идет о самостоятельном созидании новой культуры, но лишь о повторении древней. Космический порядок становится моделью для земного порядка, который выткан из космического и, пройдя кругооборот, снова должен к нему вернуться. Человек остается захваченным коллективным началом и в своих поступках руководствуется знанием, которое сообщают духовные вожди. Хорошим примером такой культуры может служить ламаистская культуры Тибета, неизменно сохранявшаяся в течение долгих веков, пока ее не подчинили китайские коммунисты.

В этом поле напряжения между западными и восточными (или между "мужскими" и "женственными") влияниями прокладывает себе путь европейская культура. В XX веке этот собственно европейский путь развития вступил в кризисную фазу, драматическим выражением которой стал полный упадок центрально-европейской культуры. Воскресение этой культуры в шестидесятые годы пробудило у многих надежды на то, что европейская культура еще не окончательно провалилась в бездну. Есть надежда, что новая спиритуальная культура начинающая как зародыш пробуждаться в центре Европы, станет началом Европы Духа (Europa des Geistes). Старые духовные импульсы должны быть преображены, чтобы в поле напряжения между Востоком и Западом, Азией и Америкой стала возможной новая европейская культура. Начало этого процесса спиритуализации культуры (иными словами возрождения культуры из истоков человеческого духа) - было положено в антропософии.



В кругах людей, родственных духу, создающих острова новой спиритуальной культуры, намечаются контуры различных путей к душевному преображению и исцелению. Развитие сознания дает возможность "Я" человека занять центральное место в жизни души. В науках западной культуры человек как задающий смысл, как источник моральных ценностей, как духовное существо - вообще исключается из рассмотрения. Все эти качества вновь открываются в движении за обновление, начинающемся в Центральной Европе. Становится возможным развить новые науки, в которых свободное "Я" станет центральным принципом, которые преодолеют римские и арабские импульсы к власти.

Зачатки таких наук можно найти в центрально-европейской культуре. Они становятся объектом внимания при столкновении с силами "низшего мира", причём древние импульсы трансформируются теми людьми, которые находят в своем "Я" силы для духовной борьбы против установившегося материалистического порядка. При этом возникает новая спиритуальность, новая ориентация в вопросах человеческого и общественного развития, в отношении природы и здоровья. На основе практического опыта, стремления к обновлению и исходя из новых спиритуальных воззрений могут быть созданы новые науки о человеке, новое естествознание и новые общественные науки, которые не будут отличаться односторонней "мужской" направленностью на обладание и подчинение, но уравновесят "мужские" и "женственные" качества путем их интеграции.

При этой интеграции могут оказать помощь антропософские воззрения. Как путь обучения и познания антропософия побуждает другие обновленческие движения к серьезности при рассмотрении общих вопросов, касающихся науки и спиритуальности, призывает учиться друг у друга. Работа в этой области могла бы стать весьма плодотворной. При конкретном применении этих воззрений и познаний антропософия, кроме того могла бы рассматриваться как путь практического христианства, способного воздействовать и на становление науки и на созидание новой культуры.

Последующее изложение будет посвящено состоящей из четырех элементов программе, которая может привести к спиритуализации науки. Осуществление этой программы принадлежит к духовной миссии Европы.


Пробуждение "Я"

В Восточной Европе многие пережили, что жизнь при социализме означала серьезную угрозу достоинству человека. Нарушение прав человека, отсутствие права распорядиться собственной жизнью, принуждение к компромиссам и ко лжи, распространяемой режимом - всё это еще с шестидесятых годов и ранее акцентировалось в сознании некоторых людей и вело их на борьбу за существование, при котором человек мог бы стать свободной личностью. В своей спиритуальной ориентации они опирались на моральные интуиции, такие как "Жить не по лжи", на отказ заключать компромиссы. Для них были актуальны слова Лютера "На этом я стою и не могу иначе, и да поможет мне Бог".

На Западе манипуляции над людьми не так бросались в глаза, хотя следствия управляемого поведения могли оказываться драматическими. Недостаточность "Я"-сознания, духовных идеалов приводила к внутреннему беспокойству, принимающему эпидемический характер, нервозности, депрессиям, чувству бессмысленности, вызывало импульсы из "подчеловеческого". Психологи и психиатры не могли больше справится с психическими расстройствами, обусловленными по большой части проблемами созревания. Их представления о человеке - образ человека, - не были достаточно проработаны, поэтому всё чаще приходилось пробегать к химиотерапии.

В XX веке в Европе возникли заболевания, при которых душевные силы мышления, чувства и воления из-за слабости "Я" высвобождались друг от друга, так что какая-то из них оставалась патологически доминирующей. В некоторых случаях мышление пациента терялось в свободных ассоциациях или становилось холодно-рассудочным; оно не могло привести к адекватным суждениям и игнорировало моральные ценности. У других становилась экстремальной эмоциональная сфера, третьим видом патологии была зависимость от бессознательных волевых импульсов. При этом очень трудно бывает составить правильное представление о внутреннем состоянии современного человека. Становятся необходимы новые, дополненные духовнонаучным опытом формы психиатрии(134).

Уже многие из наших современников осознали, что только "Я" человека способно навести порядок в душе и решить проблемы, связанные с психическими расстройствами. Человек только тогда станет свободным, если его "Я" возьмет в свои руки формирование душевной жизни. Наиболее отчетливо человек может переживать активность своего "Я" в своем мышлении, так как там она может осознаваться в большей степени, чем та же активность в области чувства или воли. Поскольку мышление связано с сердечной теплотой, в нем могут действовать силы воодушевления; в то время как в сфере воления наши поступки могут направляться моральными интуициями, возникающими в сердце. В эмоциональной области можно прийти к открытию, что любовь является той непосредственной силой, которая формирует душу изнутри. Так этими тремя способами "Я" преобразует мышление, чувствование и воление. Это осуществляется из сердца, с которым традиция связывает "Я". Если мы хотим укрепить "опорный пункт" нашей индивидуальности, нам следует указать на сердце.

"Я" - это бессмертное духовное ядро нашей личности. Если оно становится центром души человеческий дух может стать активным в этом "Я". Пробуждение "Я" может вести ко вскрытию области духа. В ней живут идеалы человека, здесь человек может пережить, что ему поручено выполнить в течение жизни определенную задачу на земле и что определенные события в его жизни не случайны. Можно добавить, что в наше время многие люди ощущают связь своей судьбы с судьбами других людей. Переживание некоторых видений, ощущение взаимосвязи может, кроме того, привести человека к мысли о реинкарнации. Чем сильнее оживает в человеке его "Я", тем с более широкими и отдаленными сферами бытия соприкасается его жизнь, вырываясь за пределы одной отдельной жизни. Человек уже не считает себя жертвой обстоятельств, но становится подобным композитору собственного жизненного пути, разыгрывающемуся в некотором внутреннем пространстве. Он учится жить со своей судьбой, учиться у нее использовать новые возможности: жизнь становится путешествием первооткрывателя. В этом новом образе свободного человека снова оживают элементы теологии ап. Павла и ап. Иоанна, а также элементы центрально-европейской философии. Речь в них идет о работе над внутренним человеком. Исходят они из такого представления о человеке, из такого образа человека, который рассматривает "Я" в качестве духовного ядра человека, тогда как современные научные представления о человеке исключают из рассмотрения это "Я". Это "Я" не вступает само в мышление, чувствование и воление, но пребывает над ними и остается свободным. Подобно режиссеру оно может изнутри управлять поступками человека. Из своего "Я" человек может в любой момент рождаться заново. "Я" несет в себе принцип, способный справиться с силами "подчеловеческого".

Для того, чтобы иметь возможность помочь ребенку правильно развиваться, педагогика и лечебная педагогика отыскивают новые пути. В Вальдорфской педагогике и других педагогических течениях делается упор на внутреннюю установку преподавателя, на необходимость сочетать преподавание с потребностями ребенка. В то время, когда образование регулировалось и разрушалось государством, эти течения выступали за применение альтернативных методов обучения, чтобы сообща, исходя из потребностей ребенка обновить образование(135).

Развивая эту педагогику дальше, сталкиваются с необходимостью работать над своей собственной душой, вступив на путь внутреннего развития, а также противодействовать манипуляциям по управлению поведением. Только так сможет человек свободно избирать свои идеалы и на различных стадиях своей жизни находить путь к духовному. Таков путь самовоспитания, на котором могли бы оказать поддержку новые формы образования для взрослых.


Преображение души

Чтобы найти новый подход к внутренней жизни, к природе и своим ближним, необходима новая исходная позиция, а именно - открытость и восприимчивость ко всему, что заявляет о себе изнутри, из нашего внутреннего мира, а также к тому, что выступает нам навстречу из мира внешнего. Следует отречься от любых поползновений к власти над людьми и над вещами. Раньше путем личного развития можно было идти лишь в покое, в отрешенности от мира. Хорошим примером здесь служат средневековые поиски св. Грааля. Сегодня путь очищения души особенно труден. В условиях схождения в "низший мир" в нашем столетии путь душепопечительства, путь обучения души лежит посреди социальной жизни, проходит через внутренний и внешний мир, который носит печать агрессии, сексуальности и извращенности. Нет никакого иного адекватного реального пути внутреннего развития, нет пути, проводящего мимо отталкивающих черт и деструктивности в нас самих, не ведущего к столкновению со страданиями и несовершенством. Чем выше мы хотим подняться, тем глубже должны мы проникать в тайники души, освещая их и преобразуя их силы. Немецкий психотерапевт Петр Петерсен говорит здесь о встрече с "мрачным зверем"137.

Сегодня надо жить с полным сознанием, создавая в жизни моменты покоя и размышления. Структура современного общества очень затрудняет это: не только потому, что человек по большей части живет пассивно, вместо того, чтобы взять свою жизнь в руки, но также потому, что человеческие вожделения и жажда власти повсеместно разжигаются. Это происходит и на рабочем месте и в так называемое свободное от работы время.

Современной развлекательной индустрии нужен такой склад души, который соответствует современной материалистической культуре. Об этом много пишут, указывая при этом на содержание телевизионных роликов, фильмов и видео, рекламу и бульварную литературу. Медиа наводняют общество демонстрацией насилия. Молодежь, кроме того, подвергается воздействию видео-игр, дискомузыки и танцев прямо-таки изгоняющих "Я". Исключительно высок шумовой фон в общественных местах. В душе человека пробуждается сексуальные потребности и страсть к материальным объектам: так создаются представления, которые подобно своего рода призраку застревают в памяти, так что душа находится в состоянии постоянного вожделения. Все эти вещи мешают человеку быть самим собой, снижают активность его "Я".

На путь очищения души можно вступать лишь тогда, когда "Я" стало центральной силой в душе. Азиатские медитативные системы этого не учитывают; их цель - достижение гармонии при отсутствии "Я", бегство от мира. Антропософия предоставляет путь современного обучения, опирающийся на "Я" человека. Этот путь ведет к познанию как внутреннего так и внешнего мира. С другой стороны антропософия содержит также социальный импульс, ориентирующий сознание человека на нужды его ближних, но в то же время позволяющий осознать и собственное несовершенство. Многие люди благодаря своему повседневному жизненному опыту смогли развиться настолько, что смогли своими собственными силами отыскать свой путь. Страдания, разочарования, ошибки стали испытанием для их стойкости, их доверия к себе. В опасных ситуациях они обретали твердую почву под ногами, они имели присутствие духа, чтобы поступать адекватно в любой ситуации. Они видят собственные недостатки и сознательно работают над их преодолением. Многим удавалось достичь внутреннего покоя благодаря деятельности, связанной с искусством. Имея дело с творческими формами в искусстве можно достичь преображения души.

Такие европейцы как француз Афис Флорид, и венгр Георг Кюлевинд развили начала спиритуальной психологии, основанной на "Я". Но среди них не только европейцы; в Америке также есть превосходные психологи, развивающие европейские спиритуальные традиции и начала, положенные К. Г. Юнгом и Рудольфом Штейнером: в их числе Джеймс Хиллман, Томас Моор и Роберт Сарделло(140).


Отношение к природе и к собственному телу

Одностороннее материалистическое обращение с природой наносит вред и сеет смерть. Природа отравлена из-за загрязнений окружающей среды, ее уничтожает эксплуатация, которой ее подвергает человек. В основе здесь лежит установка овладеть природой и желание эксплуатировать ее. Все более явным становится использование ядерной энергии в промышленности, смертельная радиация стала на службу гонки вооружений. Биотехнология тоже подчиняет природу производственному процессу. Дошло до того, что генетически измененные растения и животные патентируются в качестве новых видов. По утверждениям американского биохимика Эрвина Чаргаффа даже человеческие эмбрионы могут производится специально для получения важных белков. Он таким образом предвосхищает "молекулярный Освенцим". В настоящее время нежизнеспособные эмбрионы уже используются как поставщики трансплантируемых органов.

Ввиду насилия, совершаемого над природой было бы недостаточным чисто техническое решение проблемы среды. Здесь крайне необходима новая моральная установка, моральная ответственность, которая позволила бы с уважением относиться к природе, раскрыться навстречу действующим в ней духовным силам. Примером в этом мог бы послужить Гёте. При таком отношении к природе, человек мог бы и чем-то заполнить ее. Так в современной теологии часто говорится о том, что природа не освобождена от страдания и разрушения. Немецкий теолог Юрген Мольтманн говорил, например, о сотворенном мире как о порабощенной, нуждающейся в освобождении реальности(141). Мотив "вся тварь совокупно стенает" первоначально звучит в Послании к римлянам" ап. Павла (8, 18-23). В нем он пишет о томлении всех сотворенных по откровению сынов Божиих (то есть людей) и о живущей в сотворенных надежде на освобождение "от рабства тлению", надежде на свободу. Природа страдает от дел человека, но природные катаклизмы могли бы частично снова очистить ее. Люди работают в разных областях; есть и такие, кто исцеляет землю, как, к примеру, словенский художник и целитель земли Марко Погачник(142).

Древнее представление о "Чтении в книге природы" может быть преобразовано посредством активности "Я" в новый подход к природе; он поможет человеку освобождать и исцелять природу. Это стало бы восстановлением первоначального единства всего сотворенного. Здесь на помощь может придти понятие о транссубстанции (претворении) - то есть преображение земной субстанции св. Духом. Традиционной теологии оно известно как претворение хлеба и вина в Тело и Кровь Христа. Спиритуальный образ мыслей рассматривает при этом материю как носителя духовности. Материя оживляется и одухотворяется. Точным противообразом такого процесса является радиоактивное облучение материи, убивающее в ней все живое.

С антропософской точки зрения "Я" человека живет в тепловом элементе или в "тепловой организации" тела. Через тепло дух может действовать в материи. Это возможно, поскольку тепло носит промежуточный характер между духовным и материальным - оно отчасти духовно, отчасти материально. Прозрения такого рода могли бы быть восприняты наукой о природе и здоровье, принимающей во внимание внутренние закономерности природы(143). При этом в "Я" видят ту силу, которая увенчивает любую холистическую систему, силу, которая может обеспечить обновление и одухотворение природы. Благодаря "Я", - в связи со Христом, Преодолевшим смерть, - целительные силы вносятся в отмирающую природу. Обращение с природой, проникнутое любовью позволит человеку участвовать в созидании новой земли. С этой точки зрения при производстве антропософских медикаментов и био-динамических препаратов, при лечении человека и работе в природе внутренняя установка человека имеет самое существенное значение.

Современная западная медицина черпает сегодня свои познания из традиционных и азиатских лечебных методик. Эти методы стали применяться особенно в культуре "Нью эйдж". Здесь речь идет о методах, устраняющих препятствия на пути энергетических потоков и потоков жизненных сил. Все же эти методы не затрагивают сферу души и "Я", оставаясь ниже и поэтому не избавляют человека от недугов на продолжительное время.

Жизненные силы атакуются различным образом: чрезмерными чувственными впечатлениями, облучением, агрессивными медикаментами, некачественными продуктами питания. Недостатки методов выращивания с применением химических препаратов, а также ароматических, вкусовых, консервирующих, красящих и т. п. добавок в продукты питания. Следствием становится процесс отвердения человеческого тела, что препятствует выполнению его основной задачи: быть носителем души и "Я". Вот почему антропософская медицина придает большое значение формированию хорошей термоорганизации тела. Она дает возможность "Я" исцеляюще действовать из нее на все тело. Таким образом как перед обычной медициной так и перед альтернативными методами лечения встает необходимость развивать новую терапию (как художественную терапию, музыкальную терапию, лечебную эвритмию) и по-новому взглянуть на связь человеческого "Я" с функциональной деятельностью организма и его метаболическими процессами.


Отношение человека к другим людям

В современной социологии значение "Я" человека в общественной жизни не рассматривается, поскольку исходным пунктом социологии является современное естествознание, а ее целью - управление обществом посредством социотехники. Направления социологии, ставящие целью эмансипацию определенных групп населения, - например, - марксизм, имеют ту же исходную точку.

Центральной темой современной социологии является распад традиционных обществ и переход к современному обществу (сегодня - к постиндустриальному обществу). Задачей при этом является поиск интеграционных факторов, способных предотвратить погружение общества в социальный хаос. Технократические режимы на Востоке и Западе установили, что распространение страха - хорошее средство, чтобы привести людей к конформизму. Вероятно, по этой причине политика основывается на принципе взаимного устрашения.

При исследовании различных общественных движений было установлено также, что часто человеческие сообщества возникают только тогда, если свободно объединяются люди, имеющие "Я"-сознание; при этом человеческое "Я" является поистине умиротворяющей силой. С этой точки зрения сообщества возникают по инициативе снизу из социальных импульсов отдельных индивидуумов; при этом государство и общественные учреждения имеют скорее служебно-вспомогательный, а не управляющий характер. Государство должно служить развитию индивидуума и социальная структура должна оказывать индивидууму поддержку в его развитии.

В Восточной Европе социальное начало у людей очень сильно, хотя социальные структуры не способствуют его воплощению. Так во время забастовки организованной в Польше профсоюзом "Солидарность" было само собой разумеющимся, что системы обеспечения питанием интернатов для престарелых, больниц продолжали функционировать бесперебойно. Многие немецкие военнопленные времен Второй Мировой войны не понимали почему любой русский делился с ними своим последним хлебом; для русских они тоже были людьми.

В этом чувстве общечеловеческого универсального братства, которое встречается повсюду в славянской культуре, а сильнее всего в России выявляется образ человека как носителя Христа. В России человек нередко впервые пробуждается к самосознанию, когда ему надо помочь ближнему в беде. Этот мотив можно найти во многих легендах о Человеке, помогающиму кому-то у кого телега застряла в грязи; потом оказывается, что помогал Христос. Так переживается, что Христос живет в межчеловеческих отношениях. Здесь мы имеем дело с христианством, ориентированным на ближних, на нужды других людей. Это связано с манихейским течением в христианстве, которое в средние века распространяло в Европе социальный импульс.

Рудольф Штейнер принес этот социальный импульс в антропософии, в той форме, которая соответствовала времени. Пока еще он воспринят незначительно. С этим импульсом была дана возможность нового понимания социальных процессов, развития новой социологии, которая берет за основу не то, о чем человек размышляет наедине с самим собой, а то, что его ближний высказывают ему при встрече; цель такой социологии - снова сделать возможным формирование сообщества, общины.

Штейнер называют четыре элемента, господствующие в социальном процессе(144). Первым из таких элементов является "основной закон социологии" (soziologische Grundgezetzt). В соответствие с ним надо стремится к тому, чтобы индивидуум по мере своего развития эмансипировался от интересов общественных учреждений, чьим интересом прежде он приносил в жертву свои собственные. Эти учреждения должны поддерживать свободное развитие его потребностей и способностей. Вторым элементом является "главный социальный закон", посвященный оздоровлению общности совместно работающих людей: при этом результат будет тем лучше, чем больше независимость дохода от работы. Это позволило бы человеку альтруистически работать ради удовлетворения потребностей своих ближних и, - независимо от этого, - получать свой доход от работы других, чтобы удовлетворить собственные потребности. Третьим элементом является разговор между людьми - социальный прафеномен: при разговоре между двумя людьми один из них как бы дает усыпить себя на короткое время, допуская при этом другого в свое сознание. Затем он вытесняет другого из своего сознания, чтобы уже самому, - в полном сознании, - противостать другому и ввести в "усыпление" его. Эти роли попеременно меняются, хотя это осознается не полностью. Четвертый и последний элемент - это принцип социальной тройственности уже упоминавшийся выше.

Сюда относится и пятый элемент, еще не разработанный Штейнером. Он относится к упрорядочиванию межчеловеческих отношений и пробуждает осознание судьбоносных отношений между людьми по судьбе. Этот элемент необходим для того, чтобы сознательно регулировать совместную жизнь и работу, что особо актуально в конфликтных ситуациях. Положение человека в социальной жизни определяется его социальным импульсом. Это тот импульс, который побуждает одного человека дать другому возможность высказаться при встрече. Для этого требуется на некоторое время принести в жертву свое самосознание: именно это и происходит при разговоре; а разговор, беседа являются социальным прафеноменом. Встреча есть источник новой социальной жизни. Это мистерия нашего времени, которую надлежит открыть.

В современном обществе человек далеко не всегда проявляет социальность. Не-социальное (включающее в себе асоциальное и антисоциальное - прим. пер.) всё сильнее выступает в двух вариантах точно определенных нидерландским юристом Дитером Брюллем (1922-1996)(145). Современный человек проявляет асоциальность по отношению к другому, замыкаясь в себе от других ради осуществления собственного развития. Он становится антисоциальным, когда присваивает себе ценности для собственного употребления. Впрочем, такое присваивание необходимо в жизни человека. Брюлль считает, что социален человек только тогда, когда он сознательно делает мотивом своих поступков духовные или материальные потребности своих ближних. Здесь имеется ввиду не те потребности, которые человек предписывает другому, а те, о которых этот другой сам говорит ему. И если человек имеет ухо, чтобы услышать о них, то он поступает из сердца, из любви к ближним. Эта любовь есть принесенная в жертву свобода; она может раскрыться только через "Я" человека; принудить же к ней нельзя.

Для того, чтобы социальный импульс стал действенным в сообществе необходимы новые общественные формы, учитывающие как основной социологический закон, так и главный социальный закон. В этой связи Лех Валенса говорил об отделенной от государства культуре и о братской экономике, в которой мотивацией труда становится удовлетворение потребностей ближних. Сегодня было бы нереалистичным надеяться на легкое проведение социального триединства на уровне общества в целом, но такое проведение остается условием здорового социального и культурного развития мирового сообщества. Триединство дает возможность сделать культуру свободной, содействовать развитию правосознания, и приблизить хозяйственную жизнь к потребностям человека, сделать ее более "человечной".

Социальный импульс может быть активизирован и на уровне организаций. Для этого предполагается построение сообщества, в которых люди работают друг для друга, причем сообщество служит развитию каждого отдельного его члена. Могут быть образованы и группы, в которых люди заботятся друг о друге, заботятся об индивидуальности другого человека. Хорошим примером здесь могли бы послужить группы самопомощи у людей, страдающих алкогольной или наркотической зависимостью, которые перезваниваются друг с другом, чтобы преодолеть искушение снова поддаться соблазну если оно становится слишком велико.

В этой связи социальный импульс может подвести нас к новому пониманию терапевтического. Если терапевт, - как это описывает Петер Петерсен станет участливым спутником своего ближнего нуждающегося в помощи, то он вернет греческому слову "терапевт" его первоначальный смысл, означающий "спутник", "сопроводитель", "слуга"146. При наших встречах мы можем поддерживать и помогать друг другу благодаря любви. Каждый хороший разговор, при котором люди относятся друг к другу непредвзято и с уважением, создавая друг для друга пространство, может быть в этом смысле "терапевтическим" как показывает это современная консультативная практика по жизненно важным вопросам(147).

Будучи связано с судьбами ближних, "Я" человека обретает совершенно иную перспективу. Человек в этом случае воспринимает себя из круга своих ближних. Он видит себя так, как другие видят его. С такой точки зрения страдания ближних могут быть пережиты как свои собственные. Здесь можно было бы говорить об установлении коммуникации с ближними, о процессе принятия "Я" в общину ближних. Благодаря своему социальному сознанию человек может частично взять на себя крест своих ближних. Это связано с русским словом "христианин" (крестьянин): человек несущий крест, помогающий нести крест другому.

Такое ощущение живет в русской культуре и поэтому русские христиане молятся за отпущение грехов другого человека. В своих недостатках и слабостях русские чувствуют себя связанными друг с другом. Так, например, старец Зосима из романа Ф. М. Достоевского "Братья Карамазовы" говорит, что каждый за всех и все в ответе за весь мир. Этим дана перспектива на будущее: обхождение с ближними, глубоко проникнутое христианской спиритуальностью дающее образ свободного человека - носителя социального импульса.



Наряду с описанной в предшествующей главе культуроформирующей программой говорилось и о духовной задаче, выдвигающейся перед европейской культурой. Выявляются четыре ступени на пути к новой спиритуальной культуре, которая уже начинает обнаруживать себя, становится видимой в культурных инициативах, проявляющихся подобно множеству островов, подобно архипелагу. В то же время это есть путь к новому внутреннему практическому христианству в котором люди могли бы установить личную связь со Христом. Когда они беспомощны, бессильны, одиноки, в отчаянии, когда страдают за нужды своих ближних - им дано пережить Его близость, Его утешение, помощь и совет.

Здесь речь идет о попытке создать баланс между противоположными влияниями из Азии и из Америки и оповестить стоящую на краю гибели европейскую культуру о начале новой фазы ее развития. Ей дается новый импульс, проявляющийся в вышеописанных четырех ступенях, четырех шагах: осознания идеала свободного, творящего человека как образа Божия; преобразование души в чашу, в которую мог бы низойти Христос, где и природа и ближние могли бы высказать себя, отношение к природе и к собственному телу, несущее преображение и исцеление; отношение с ближними ради создания сообщества.

Здесь названы различные качества, каждое из которых имеет отношение к сердцу человека. Первый шаг состоит в соединении мышления с теплом и энтузиазмом сердца. Вторым шагом будет развитие открытости и восприимчивости. Затем речь шла о пробуждении сердечного тепла, необходимого для создания моста между духовным и материальным, чтобы наделить природу жизненными силами, вернуть ей здоровье. И, наконец, завершающая ступень - понимание, что в социальном наиболее действенным являются созидательные силы любви. Эти ступени можно рассматривать как путь к сердцу, путь к центру человека, с которым его "Я" связано наиболее сильно. Если этот путь будет пройден отдельными культурными инициативами, то европейская культура сможет стать культурой сердца, сможет объединить свои "женственные" и "мужественные" качества.

Кроме нового христианства и нового сакрального искусства эта новая культура сердца опирается на новые спиритуальные науки о человеке, природе и социальной жизни, которая помимо всего прочего будет развиваться из антропософии. Эти науки являются ответом на современную западную науку, которая продолжает импульс Академии Гондхишапура и еще не соединилась с христианством. Ее схождение в бездну наглядно обнаруживает себя в четырех шагах: создание идеала человека, господствующего надо всем и создание систем искусственного интеллекта; обезображивание человеческой души; переформирование живых структур в природе и человеческом теле благодаря, например, генетическим манипуляциям, радиоактивности и синтетическим веществам; уничтожение социального техническим господством над общественными отношениями. На этом пути через "низший мир" качества сердца остаются в стороне. Сердце человека превращается в черную дыру, наполненную темными силами, стремящимися оттуда во-вне. Из этого может возникнуть только анти-культура; силы человеческого "Я" при этом полностью похищаются у людей. Культура "Нью эйдж" лишь до определенной степени может считаться путем к культуре сердца, при которой в человеке должны пробудиться благодаря развитию его "Я" дремлющие силы сердца и сформироваться личные качества, такие как способность воодушевляться, открытость, тепло и любовь. Но вместо этого культура "Нью эйдж" сильно тендирует к лишенной "Я" гармонии. При этом человек приходит в связь с природой и своими ближними не из своего сердца, а благодаря космическому сознанию. Кроме того его достоянием становятся иногда древние способности, которые в ходе культурного развития были утеряны, вследствие пробуждения "Я".

Стоя между влияниями со стороны современной западной науки и со стороны азиатской спиритуальности европейская культура в своем дальнейшем развитии может учиться у этих обоих культур: воззрениям на материю - у научной культуры Запада, а спиритуальным воззрением - у культуры "Нью эйдж". Европейская культура способна воспринять позитивное у этих культур: это логическое, аналитическое мышление современной западной науки и образное мышление культуры "Нью эйдж". В диалоге с обоими культурами новая европейская культура могла бы продемонстрировать на что способна культура сердца.

У этой культуры современная западная культура могла бы поучиться тому, как абстрактное, интеллектуалистичное, потерявшее связь с действительностью мышление преобразовать в живое, идущее от сердца спиритуальное мышление, способное охватить реальность. Современная наука могла бы кроме того получить побуждение к восстановлению связи между наукой и этикой. Благодаря спиритуализации мышления становится возможным освободить традицию аристотелизма от наслоений арабской культуры и связать эту традицию со спиритуальным христианством. Антропософия, которая хочет спиритуализировать мышление, предоставляет для этого много точек соприкосновения.

Культура "Нью эйдж" могла бы научиться тому, как спиритуальное может найти свое применение на земле, соединяясь с конкретной человеческой активностью. Развивая личные моральные интуиции, можно многократно усилить задействованность спиритуальности, идеализма и волеизлияния движения "Нью эйдж". Спиритуальность платонического типа часто изживающаяся здесь, могла бы создать противовес материалистическим тенденциям в культуре. В заботе об окружающей среде и земле уже заключены зародыши моральных интуиций, идущих из сердца, которые могли бы еще более активизироваться посредством "Я"-сознания.

Если мышление и воля вступят в связь с сердцем, то обнаружиться и значимость импульса социальности, действующего из сердца и развивающегося самостоятельно. Это можно было бы назвать воспитанием чувства, школой чувства, в которой человек из любви соединяется со своими ближними, даем им место у себя в сердце, чтобы они могли высказать что им нужно. Здесь речь идет о христианско-манихейском импульсе, который лежит в основе построения любого сообщества, в котором заботятся о других.

Что такое культура сердца - становится видимым в ее лучших представителях. Их можно назвать, - в противоположность к западным интеллектуальным гениям, - гениями сердца. Это люди, которым удалось соединить ясность мышления с теплом и воодушевлением их сердца, которые из моральных интуиций действовали свободно, по любви, которые, следуя импульсу социальности уделяли в своем сердце место для всех, кто их окружает. Каждый может назвать людей с такими спиритуальными качествами. Совсем не обязательно, чтобы это был европеец, ведь культура сердца - это общечеловеческая культура. Но также необязательно всех таких людей причислять к христианам. Хотя в своей жизненной практике они следуют за Христом. Христос живет в "Я" любого человека, знает он об этом или не знает.

В Европе путь к культуре сердца подготавливается на "архипелаге" новых культурных инициатив. Этот путь возник в результате глубокого духовного кризиса, настигшего европейскую культуру в этом столетии при воскрешении центрально-европейских культурных идеалов в шестидесятые годы. Одухотворяясь этими идеалами каждый человек может найти путь к культуре сердца. Это сильно связано с духовным кризисом, но в то же время это, - по словам русского режиссера Андрея Тарковского, - признак здоровья и попытка человека найти самого себя. Если человек сумеет привести в равновесие силы, воплощенные западной наукой и азиатской мистикой, он сможет идти к духу на пути развития, по которому его поведет его "Я". Там, где люди в Европе пойдут по этому пути, они представят Европу в новом свете.

Это свет духа, который уже сегодня несут в себе многие дети. В их вопросах иногда проглядывает Европа Духа. Казалось бы из ничего ставят они глубокие спиритуальные вопросы. Для них нет ничего невозможного. То они приходят с воспоминаниями из прежней жизни, то говорят об ангелах и о других духовных существах, о том, что они хотят в своей жизни. Они приносят именно те спиритуальные и социальные импульсы, которые необходимы для осуществления культуры сердца.

Создание новой европейской культуры необходимо, чтобы дать этим юным людям место в будущем, место, в котором их спиритуальные и социальные импульсы могли бы расцвести. Если они найдут свое место и определят свою жизненную задачу, то тогда спиритуальный материалистический мрак они смогут осветить теплым светом своих духовных качеств.

Новое поколение вновь возродит Европу Духа. Немецкий поэт Хёльдерлин назвал Европу "священным сердцем народов". И новая Европа должна исполнить эту роль для всего мира.



Европа как культурное сообщество возникала не сама по себе. Строительные силы действовали постепенно на протяжении сорока веков. Сначала это были невидимые силы, построившие древнеевропейскую культуру. Сперва Европа получила физическое тело, постепенно распространившееся на весь континент. Оно распространялось вдоль торговых путей, как, например, Бернштайнштрассе, - янтарный путь, пролегавший от Балтийского моря к Средиземному, по дорогам, соединявшим духовные центры. Так греческая мифология говорит о путешествии бога Аполлона из Дельф в Гиперборейю, страну Полярного круга, а ирландская мифология рассказывает о духовной связи с Северной Европой, Причерноморьем и Египтом. В Испании есть древняя "звездная дорога" в Сант-яго де Компостелло, а другая дорога ведет от мистериальных центров западнофранцузской Бретани через Эльзас в Богемию и дальше на Восток.

Эта древняя Европа делилась на три части: Средиземноморье и Причерноморье на юге, страны северных морей (Атлантика, Северное море, Балтика и Белое море) и континентальная часть Европы. Греция была головной областью, областью сознания европейского организма; северо-запад - его внутренней частью. В наше время это тройственное членение в физической географии стало выглядеть наоборот: оно идет от Запада (полюс сознания) к Востоку (полюс жизни).

В эфирной географии Греции была сокрыта четвертичность, связанная с направлениями четырех ветров и четырьмя элементами. На этой основе возникло и разделение Европы на области четырех темпераментов: флегматики (вода) на германском Севере, меланхолики (земля) на славянском Востоке, холерики (огонь) на Средиземном море и сангвиники (воздух) на кельтском Западе. В эфирном пространстве европейского организма сложились центры духовной энергии, находящиеся под охраной некоторых народов. Эти центры можно было бы сравнить с чакрами в человеческом организме (духовными органами восприятия или цветками лотоса). В древней Европе эти центры были связаны друг с другом. Так, одна важная линия вела с Крита в Ирландию, причем начиналась она уже в Йемене (страна царицы Сабы) и через Мекку и Кипр шла в Европу. Остров Крит как бы увенчивал Европу (теменная чакра, тысячелепестковый лотос, сахасрара); в материковой Греции (Дельфы) находилась лобная чакра (аджна, двухлепестковый лотос - прим. пер.). В христианскую эру эта линия превратилась в линию Михаила, связавшую между собой важнейшие храмы, посвященные Михаилу: Шонэ в Малой Азии, Монте Каргано в Италии, храм св. Михаила на северозападе Италии в Пьемонте, айквилию св. Михаила в Ле Пюи в Центральной Франции,собор св.Михаила в Нормандии, собор св.Михаила в Корнуэлле и церковь Михаила в Ирландии. По этой тропе Архангел Михаил входил в Европу.

С конца средневековья направление взгляда Михаила изменилось. Он смотрит в направлении Северо-Востока и указывает новую линию через Европу. Она идет от Сагреса в юго-западной Португалии (где Генрих Мореплаватель основал свою морскую школу, чтобы подготовиться к поискам страны царя-святителя Иоанна) через Пиренеи, Базель, Прагу, Варшаву, Смоленск и Москву к русской мистериальной области неведомого града Китежа, а затем дальше к Уралу.

Эта новая михаэлическая линия дает Европе новую ориентацию. Как показывает символическая карта Европы, Португалия (с Азорскими островами) увенчивает теперешнюю Европу. Лобная чакра (двухлепестковый лотос, аджна) находится в Испании, чакра в области горла (шестнадцатилепестковый лотос, вишутха - прим. пер.) - в южнофранцузской области трубадуров; чакра сердца (двенадцатилепестковый лотос, анахата - прим. пер.) - в Эльзасе и на юго-западе Германии, солнечное сплетение (десятилепестковый лотос, манипура) - в Богемии, а две нижних чакры (шестилепестковый лотос, свадхистана и четырехлепестковый лотос - прим. пер.) - в Белоруссии и России. Европейский Восток, восточнее Праги - это область культуры будущего; название этого города звучит таинственно - "порог".

С начала нашего летоисчисления развивается Душа Европы, в ней живут силы симпатии и антипатии. Как уже описывалось, это развитие происходит в двух полярных направлениях Запад-Восток и Север-Юг, которые должны соединяться друг с другом в середине. С Запада приходит течение Грааля, оно идет снизу и душа открывается навстречу ему для восприятия духа. С Востока по направлению к середине движется нисходящее с небес течение Премудрости. С Севера приходит сила "Я" из германских мистерий, а с юга помимо римских и арабских сил действуют также мистериальные потоки из Йемена, Египта, Палестины, Месопотамии и Ирана.

В этом кресте душевных поляритетов Душа Европы дифференцируется и дальше по нациям, складывавшимся в течение средних веков. В последней главе первой части этой книги уже упоминалась эта дифференциация в сфере астральной географии. В южных странах, таких как Греция, Италия, Испания и Португалия особенным образом складывались качества, присущие "душе ощущающей". По Р. Штейнеру она стоит под влиянием Солнца. Во Франции развивалась так называемая "душа рассудочная или душа характера", первая часть окрашена более "мужественно", вторая - более женственно. Здесь задействованы силы Луны. Английский народ вырабатывает "душу сознательную", стоящую под влиянием Марса. В Центральной Европе (и не только в Германии) происходит развитие "Я"-сознания. При этом проявляются силы Меркурия. У русского народа подготавливается рождение высшего духовного сознания, которое Р. Штейнер связывает с Юпитером. У других народов Европы это образование души происходит с различными нюансами, как об этом сообщает большинство исследователей60. Силы Солнца, Луны и пяти планет действуют, - по Штейнеру, - не только на определенные члены души, но влияют также и на развитие культур в ритме около 354 лет, по истечении которых происходит смена планетарных духов. Можно проследить по ходу истории влияния и инспирации этих Архангелов, которые с еще дохристианской михаэлической эпохи сопровождают развитие Души Европы(148).

Если мы с душевной плоскости перейдем в плоскость духовного развития Европы, которое уже заявило о себе, то мы придем к числу двенадцать. Оно указывает на двенадцать созвездий, представляющих собой типы "Я"-развития. Оно показывает духовные силы, которые в определенных народах особенно активны и влияют на развитие души. Здесь нет однозначности, это лишь попытка говорить о характере европейских народов. Когда они дополняют друг друга, то в совокупности "Европы народов" может проявиться Дух Европы.

Здесь мы должны провести точную грань между национализмом, который ставит свои национальные интересы выше интересов других народов и национальным сознанием, с помощью которого мы проводим национальную идентификацию, осознаем народных характер, исторический путь развития и духовную миссию своего народа. Только в качестве сознательного члена народа можем мы стать европейцами. Если Дух Европы будет инкарнирован в европейской культуре и дальше, то национальный элемент будет постепенно отпадать, и решающим окажется индивидуальное духовное сознание. Преодоление национального принципа уже началось и принадлежит, - как отмечалось, - к задачам центрально-европейской культуры.

Австрийский врач и антропософ Ойген Колиско (1893-1939) за день до своей смерти дал обзор европейского Зодиака, впоследствии разработанный Марией Шиндлер(149). Здесь же говорилось и о двенадцати чувствах человека, - в соответствии с учением о чувствах Р. Штейнера, - которые у европейских народов формируются по-разному. Каждому народу открывается собственный ("мужской" или "женский") путь душевного развития и развития сознания. Кроме общего образования души благодаря музыке, сказкам, танцам и театру возникают и собственные способы формирования духовные результаты которых отсылаются другим народам. Здесь предлагается следующая общая схема:

  • Нидерланды, Бельгия: Дева, чувство движения; путь формирования: рыцарство лебедя (Лоэнгрин), полифоническая музыка (Ян ван Окегхем), выборное священство "Братья общей жизни" (Геер Грооте, Фома Кемпийский), гуманизм (Эразм Роттердамский), объективация восприятия в живописи (Ян ван Эйк, Рембрандт), создание коммерческих связей (мореплавание);
  • Испания и Португалия: Весы, чувство равновесия; путь формирования: преображение импульса арабизма, борьба с быком, дорога мастеров-строителей в Сантьяго де Компостелло, спиритуальное открытие мира (Генрих Мореплаватель), испанская мистика (Иоган Крейцарский, Тереза Авильская);
  • Великобритания и Ирландия: Скорпион, чувство обоняния; путь формирования: рыцарство короля Артура, кельтское монашество, развитие самосознания, естествознания (Ньютон), построение мировой экономики;
  • Франция: Стрелец, чувство вкуса; путь формирования; преображение любви (трубадуры), движение катаров, тамплиерство, цистерцианство (Бернард Клервосский), рациональное мышление (Де Карт), организация политической жизни, логика сердца (Паскаль), права человека;
  • Италия: Козерог, чувство зрения; путь формирования; францисканство, эстетика и радость жизни (Рафаэль, Микеланджело), изучение движения (Леонардо да Винчи), гуманизм (Данте, Фичино);
  • Германия: Водолей, чувство тепла, путь формирования: путь Парцифаля (Вольфрам фон Эшенбах), лирика миннезингеров (Вальтер фон Фогельвейде), немецкая мистика (Мейстер Экхарт, Таулер, Бёме), розенкрейцерство, Реформация, Романтизм, немецкий идеализм, гётеанизм, классическая музыка, антропософия;
  • Россия: Рыбы, чувство слуха; путь формирования: паломничество, старчество (Серафим Саровский), путь страдания, сострадание и жертвенность, философия Премудрости (Соловьев), земледелие;
  • Греция и страны Балканского полуострова: Овен, чувство слова; путь формирования: развитие совести (Эврипид), философия (Платон, Аристотель), демократия (Перикл), героизм (Одиссей), богомильство;
  • Польша, Чехия и Словакия: Телец, чувство мысли; путь формирования: образование совести, еретичество (Ян Гус), религиозные братства (Петр Чельсиский и богемско-моравское братство), моральная и логическая философия;
  • Швейцария и Австрия: Близнецы, чувство "Я"; путь формирования: дружба с Богом, самоуправление (Вильгельм Телль), народная демократия, международные связи;
  • Финляндия: Рак, чувство осязания; путь формирования: независимость, жизнь в природе, путь Калевалы;
  • Скандинавия: Лев, чувство жизни; мужество в опасных путешествиях (викинги), индивидуализм, правосознание.

Эти двенадцать знаков Зодиака символизируются двенадцатью звездами на флаге Европы. Если рассматривать это вместе, как целое, может возникнуть впечатление храма. Его основание и его эфирная структура строится благодаря тройственному физическому и четверичному эфирному пространству континента. Семь душевных качеств народов, в которых задействованы силы Солнца, Луны и пяти планет являются колоннами этого храма. Крышу образует Зодиак с его двенадцатью знаками.

В этой имагинации Европы храм является храмом Грааля, в котором дева Европа хочет родить дитя: новую Европу Духа. Как описано в 12 главе Апокалипсиса, злая сила ожидает, чтобы пожрать дитя, но Бог спасет его. Эта сфера рождения есть значение нашего времени.

Дева Европа - это символ европейской души, которая становится чашей Грааля и хотела бы связать себя с Софией, небесной премудростью. Так в Ней пробуждается новое духовное сознание (Европа - София), которое необходимо Европе, чтобы построить культурное сообщество и исполнить свою настоящую миссию в мире. Эта задача - служить, а не властвовать. От выполнения этой миссии зависит судьба мира.

Душа Европы еще больна и незрела для связи с этим сознанием Премудрости. Для этого необходимо исцеление души и дальнейшее развитие сознания. Для того, чтобы преодолеть современную болезнь души и развить новое спиритуальное сознание, европейская культура нуждается в новом формирующем идеале, который смог бы привести к синтезу пути формирования отдельных европейских народов, - как они кратко обрисованы выше, - привести к синтезу, благодаря единой, соответствующей времени программе воспитания души и духа.

Душа является внутренним пространством, устанавливающим общение между миром материи и миром духа. Душа может воспринимать духовные импульсы, еще до того как они будут осуществлены в материальном мире. Душа есть инструмент духа для преобразования материи. Высшая сила, которая может проявляться в ней - это любовь, но для этого душа должна сперва стать чистой чашей, сосудом. Задача европейца - образовать из сил природного мира такую чашу для духовного мира. Это роднит его с образом Парцифаля, который в мире материи везде находит свой путь к духу. Парцифаль и его жена Конфирамурс (что означает "предводящая к любви") воплощают важнейший аспект душевно-духовной миссии Европы.

Предпосылкой для образования этого душевного внутреннего пространства является сознательная перестройка отношения человека к своей душе, к природе и своим ближним. Это означает, что тот путь преображения души, на котором в средние века можно было встретить Христа мы продолжаем сегодня дальше вплоть до самых глубин души; там мы знакомимся с силами, воскрешающими душу; это означает, что учимся внутренне переживать тайны природы, исцелять природу и жить в гармонии с ней; что мы изучаем искусство общения и строим нормальные правовые отношения (в рамках социальной трехчленности), позволяющие нам работать и жить вместе с другими. Это было описано в главе о спиритуализации науки.

В новой программе построения речь идет о связи любви и сознания, "женственности" и "мужественности". Каждый отдельный человек должен развить познавательные силы для того, чтобы познание, распавшееся на четыре ступени в соответствии с присущими отдельному народу познавательными формами (чувственное восприятие, рационалистический анализ, построение идей и понятий, божественное познание), вновь объединить в единое человеческое познание. Средневековый кафедральный собор должен быть восстановлен в каждом индивидуальном человеке; это может быть достигнуть благодаря развитию способностей, которые мы характеризовали в гётеанизме (активация чувственного восприятия), в моральной логике (мышление сердцем), в конкретном духопознании (в образовании понятий и претворении идей в духовную науку), в открытии внутренней Премудрости (в личном отношении к Софии).

Духовная миссия Европы состоит в развитии нового формирующего идеала, который ведет к синтезу силы любви и познания, активизирует их в мире посредством соответствующего социального устроения. Представителем такого идеала хотела бы стать антропософия, однако она лишь частично была сведена Рудольфом Штейнером на землю и до сих пор воспринята весьма несовершенным образом относительно небольшим движением, которое страдает теми же недугами как и весь остальной культурный мир. Оно слишком "по-мужски" сконцентрировано на мышлении; едва ли превосходит общий уровень западного трудолюбия и прагматизма и испытывает недостаток тепла в межличностных отношениях, недостаток свойственного Востоку энтузиазма. Его христианская направленность слаба, а связь с нисходящим сверху потоком Премудрости (Софии) культивируется недостаточно. Антропософия нуждается в возрождении в обновленных спиритуальных сообществах. Тогда она смогла бы стать целительной силой, в которой так нуждается больная Европа.

Новый формирующий идеал антропософии основывается на сознании свободы. Он ведет не только к самоопределению и эстетическому раскрытию сил собственной инициативы, но и к ответственности за собственную судьбу и построение социального мира, ведет к братству с другими людьми. Он требует полной проработанности всех наших чувств, способности общаться с самим собой (благодаря самовосприятию и восприятию наших негативных качеств), общаться с другими, и, прежде всего, способности любить.

Работа в соответствии с такой программой над воспитанием душевных сил, - которая не обсуждается сегодня, - высвободит в европейской культуре еще нечаемые духовные силы, даст возможность увидеть ту Европу Духа, то культурное сообщество Европы, в котором народы будут учиться друг у друга. Каждый народ развивал для этого определенные душевные способности и путь формирования. Тот, кто работает по этой программе, развивает европейское самосознание и духовно может рассматриваться как европеец. Тогда он понимает, что Европа должна построить собственную социальную структуру; он принимает на себя посредническую миссию между Востоком и Западом. Быть европейцем означает сознательно стоять между материальным и духовным миром, создавать социальные формы, в которых люди могли бы жить в свободе, равенстве и братстве, могли бы творчески формировать мир, опираясь на свои духовные силы.

Большой вопрос в том проявится ли интерес к европейскому пути развития у миллионов людей неевропейского происхождения, которые живут в Европе. Они пришли из разных культур, по-разному сформировавших их души и сознание. "Борьба культур", о которой в 1993 г. говорил американец Хунгтингтон, уже заявляет о себе тем противодействием, с которым сталкиваются иностранцы во многих странах Европы. Вопрос состоит в том, сможет ли стать Европа зоной общения для мировых культур, - чем была прежде Центральная Европа для культур европейских, - где люди могли бы учиться друг у друга.

Особую роль при этом играют мусульмане. Если заведовать их обучением будут имамы-фундаменталисты, их присоединение к европейской культуре будет проблематичным, причем все будущее Европы как континента свободного духовного развития будет поставлено под угрозу. В 732 г. по Р. Х. северо-африканские берберы были разбиты и отброшены в битве при Пуатье во Франции, но их потомки проникают сегодня вплоть до Бельгии и Голландии. В 1529 и 1683 гг. турки стояли под Веной, а сегодня два миллиона турок живет в Германии. Что они ищут в Европе и что ожидают от европейской культуры? Можно почувствовать, что они бессознательно хотят переживать личную свободу, которая в их собственной культуре до сих пор не развита.

Присутствие турок в Германии связано с разделом Европы. Если бы не железный занавес, миллионы восточноевропейцев приезжали бы на Запад как гастарбайтеры, наемные рабочие и сближали бы между собой обе части Европы. Раздел Европы происходил ценой разрыва культурных связей со славянским Востоком, вследствие которого усиливались судьбоносные связи между Западной Европой и миром ислама.

Народы Европы могут посылать друг другу свои духовные силы и учиться друг у друга. Часто мы имеет лишь стереотипное представление о представителе другого народа, а истинного существа этого народа не знаем. Поэтому необходимо общение между людьми, но, кроме того необходимы и центры такого общения, учебные центры, - новые академии, где можно было бы ознакомиться с путями душевного развития европейских стран: так может возникнуть путь формирования истинного европейца. Для этого современные люди могли бы, - как студенты (и даже преподаватели) средневековья путешествовать повсюду, учиться в других странах, что необходимо для их общечеловеческого развития. В различных частях Европы изживаются душевные качества, которые человек может открыть в самом себе, если он лучше познакомится с другими народами.

Смысл европейской истории состоит именно в развитии европейского самосознания, в котором мог бы действовать благой Дух Европы, могла бы осуществляться миссия Европы в мире. Современный мир разрушают силы экономики и человеческого эгоизма. В новом европейском правовом государстве, базирующемся на непосредственной демократии, способствующем возникновению социальной Европы, эти силы необходимо обуздать. Если этого не произойдет, то, - как это уже было в XX столетии с Центральной вся Европа будет в культурном отношении разрушена и духовно оккупирована вследствие американизации. Этот процесс уже идет весьма интенсивно. За ним последует серьезная конфронтация между американским Западом и азиатским Востоком, которая уже заявляет о себе в области экономики.

Для защиты душевного и духовного развития человечества перед Европой стоит духовная задача по созданию гуманистического, идущего из сердца пространства, из которого могли бы изливаться в развитие человечества духовные импульсы, соответствующие времени, из которого могла бы по всей земле воплощаться в человечестве сила любви.



Ответственность европейца перед миром

Новое время в европейской истории знаменовалось мировыми географическими открытиями, которые совершали европейские мореплаватели. За четыре столетия европейцы подчинили весь мир. Это были прежде всего западноевропейские страны, колонизировавшие другие континенты; Португалия, Испания, Нидерланды, Англия и Франция. Россия колонизировала свои собственные азиатские тылы. При этой колонизации мира Европа преследовала собственные интересы, однако это породило проблемы, возвращающиеся в Европу, например, - поток беженцев и ищущих работу людей. Вместо того, чтобы дождаться какие еще кармические последствия европейских деяний обнаружатся, Европа могла бы поставить перед собой позитивные задачи, принять на себя ответственность за обустройство мира, в котором население могло бы жить по-человечески.

В первые столетия нового времени господствовали торговые интересы; они и привели к основанию колоний. С конца XIX столетия развитие новой индустрии подтолкнуло к захвату рынков сырья и сбыта продукции западной промышленности. В наше время начинается новая фаза экономического развития, "глобализация" экономики, при которой мультинациональные корпорации осуществляют производство товаров там, где это наиболее дешево, и весь мир охватывается спекулятивным перемещением капитала. Здесь возникает много новых проблем, например снижение числа рабочих мест в западных странах, финансовые кризисы в беднейших странах мира, таких как Мексика, Юго-Восточная Азия и Россия.

Как будет выглядеть мир глобальной экономики люди еще не осознали. Но возникает новая конкуренция между странами, причем в убытке оказываются западноевропейские страны с их высокой стоимостью рабочей силы и представлениями о социальной справедливости. Угрожает массовая безработица, способная охватить до 80% населения земного шара. В Западной Европе государственная система социального обеспечения подвергается пересмотру и это происходит параллельно с мощной волной индустриализации. Многие становятся вынужденными искать индивидуальных гарантий от катастрофы, которая может наступить в личной жизни каждого и на рынке труда в целом. Раньше такие гарантии давала система социального страхования и обеспечения.

Европейский Союз хотел ввести в Маастрихские соглашения в 1991 г. параграф по социальной защите права человека на труд. Однако Великобритания не подписала его, так как господствующий там неолиберализм не хотел вмешательства в свободу экономики. Семь лет спустя об этом параграфе уже не было и речи. Уже осуществляется переход к "круглосуточной экономике", при которой все магазины открыты семь дней в неделю днем и ночью. Церковь протестует против превращения жизни в "придаток" экономики, но как же можем мы построить экономику в Европе?

Глобализация, которая уже имеет долгую предысторию осуществления в рамках "Нового миропорядка", который в 1991 г. прокламировал президент США Джордж Буш (старший - прим. пер.). После распада Советского Союза этот "порядок" без сомнения находится под американским водительством. При этом новом миропорядке глобализация экономики ведет к немыслимому до сих пор сосредоточению власти и богатства в руках маленькой элиты. По другую же сторону этого баланса стоят необратимые разрушительные процессы, травмирующие общественную жизнь, раскалывающие общество на огромные группы неимущих и маленькие группы богатых, создающие однообразную, материалистическую "мировую культуру".

В западной экономике живет дикая "мужская" сила, которая уничтожает землю и окружающую среду, наращивает гонку вооружений, постоянно активизирует милитаризацию, разрушает традиционные культуры с их спиритуальной жизнью и попирает права человека. Эта сила вызывает "борьбу культур", в которой решается вопрос: какая система ценностей соответствует современной экономике. Таковыми оказываются евро-американизация и восточно-азиатские ценности, основывающиеся на принципе производительности. Таким образом западная экономика активизирует своего нового восточно-азиатского противника вести после окончания "холодной войны" новую экономическую войну.

В глобализации действует односторонний западный импульс, который становится возможным, если человеческое "эго" изживает себя свободно и не одерживается моральным сознанием. Ему противостоит односторонняя глобализация восточного типа, опирающаяся на ценности традиционной общины и традиционной спиритуальности; такая глобализация относится к окружающей среде с уважением. Как прежде в центрально-европейской культуре, так теперь, особенно в Европе в целом (но также и на других континентах) живет сегодня сознание необходимости третьего пути: развитие такого социального порядка, который создается благодаря духовным силам свободных людей. В Центральной Европе возникают импульсы, которые дают людям силы посвящать себя проблемам мирного существования, окружающей среды, проблемам прав человека и свободному духовному развитию. Импульсы эти распространяются на весь мир.

В этих импульсах проявляется ответственность европейцев перед миром. Создание нового миропорядка нельзя сдавать американцам. Вместо борьбы надо идти путем взаимопонимания и совместной работы, вместо единообразия - стремится к множественности, вместо подчинения труда экономическому росту - к защите труда и качества жизни, вместо эксплуатации земли - к исцелению земли и ее хозяйственному использованию, которое восстановит окружающую среду, вместо перемещения рабочей силы в богатые страны - к развитию экономики Третьего мира, вместо распада традиционных сообществ - построение новой инфраструктуры в области здравоохранения, образования, транспорта и малого местного бизнеса. Миру нужна середина, центр, - Европа, - где был бы построен мост между противоречиями Востока и Запада и могли бы претвориться в жизнь духовные инспирации на благо всего человечества.

Новый социальный порядок, в котором нуждается мир, должен иметь в основе независимую правовую жизнь, которая смогла бы защитить во всем мире человеческий труд от господствующей повсюду принудительной эксплуатации, которая смогла бы вновь освободить культуру от экономических интересов, почти подчинившим ее. Только при свободной культуре может возникать новая спиритуальная жизнь, лично связующая человека с духовным миром и дающая ему возможность применять свои духовные силы в конкретной ситуации. Только в свободной культуре новый, рожденный в Европе формирующий идеал сможет воодушевить людей для собственного творчества и развития собственных духовных сил. Мир ожидает нового импульса социальной тройственности, чтобы смочь воспринять новую спиритуальность. Вполне возможно, что такой импульс придет из третьего мира.

То, что в 1807/1808 гг. Фихте обозначал как существенные качества германского народа, - а именно: творчество, самобытность и свободу, относится ко всем европейцам, и в широком смысле к каждому современному человеку. Также и у современников Фихте мы находим проявление общечеловеческих качеств, таких как, например, в понятии Шиллера об "играющем" человеке, который между принуждением со стороны природы и логическими законами разума отыскивает в художественном элементе высвобождающее равновесие. Гёте говорил о будущем изгнании немцев, которые будут во всем мире "развивать на благо народам заложенное в них огромное доброе начало". Тем самым он подчеркивал, что свободный человек уже не будет больше связан со своей нацией, он пройдет через мир внешне безродным, но внутренне связанным с другими людьми, пройдет, чтобы сделать общим достоянием свои духовные силы и свои знания. Для многих немцев, да и для других, это уже стало реальностью. Подобно юному Парсифалю в легенде о Граале Каспар Хаузер был таким "безродным", бездомным человеком, который своей жизнью подключал человечество к процессу омоложения, процессу, благодаря которому мы снова можем черпать из источника изначальных сил духа.

Благодаря этим Великим Европейцам мы помним о нашей европейской, а, лучше сказать, общечеловеческой миссии. Кто чувствует свою причастность к ней, тот принимает на себя ответственность представлять и защищать общечеловеческое в мире. Люди, деградировавшие под влиянием "нового миропорядка" хотят, чтобы к ним относились как к людям, воспринимали в них человеческое. Они хотели бы участвовать в развитии современного спиритуального сознания, которое распространяясь из Центральной Европы, снова связывает людей с духовным миром. Вот почему они ждут исцеления и воскрешения Европы. Это хотел сказать поэт Новалис в афоризме, ставшем эпиграфом к этой книге.



1. Самуэль Хантингтон, "Столкнивение цивилизаций? "В Foreign Affairs, лето 1993,и "Борьба культур",Мюнхен 1996

2. NRC Handelsblad (Торговая газета),Роттердам, 18.1.1995

3. Leids Dagblad, Лейден,7.7.1992

4. Мария Гимбатус, "Цивилизация Богинь", Франкфурт, 1996

5. Йозеф Кэмпбелл, "Мифология творения" ( Маски Богов, часть 4), Мюнхен 1996, стр.511

6. Карл Хейер, "Каспар Хаузер и судьба Центральной Европы в 19 столетии",Штутгарт, 1983; интервью с Вильгельмом Флоридом, журнал "Новалис",1997,февр.

7. Герхард Вишневский и др., "РАФ - фантом", Мюнхин,1992

8. Эберхард Цанггер, "Новая борьба за Трою", Мюнхен,1996, стр.58

9. Норман Давис, "История Европы", Оксфорд, 1996, стр.7 - 16

10. Эмиль Бок, "Эпоха Михаила", Штутгарт 1979

11. Хеннинг Андерсон, "Одиссея совести", Штутгарт 1992

12. Якоб Штрейт, "Солнце и крест, Штутгарт 1977; Ингебрг Мейер-Зикендик, Вакханты, обученные Богами - Ирландцы в ранней Европе", Дюссельдорф 1996

13. Рудольф Мейер, "Пространство здесь становится временем - История Граля", Штутгарт 1980

14. Рената Римек, "Вера, догма, власть" - История Вселенских Соборов, Штутгарт !985

15. Маркус Остерридер, "Солнечный крест и древо жизни - Ирландия, Причерноморье и христианизация Центра Европы", Штутгарт 1995, стр.123 - 130

16. Jeno Szucs, "Les trois Europes", Париж 1985, стр. 15

17. Аланус ибн Инсулис ,"Антиклавдиан", Штутгарт 1966

18. Карл Хейер, "Чудо Шартра",Штутгарт 1982

19. Бертольд Вульф, "Фома Аквинский", Штутгарт 1982

20. Михаэль Френч,"Эзотерика от античности до современности" Мюнхен,Цюрих 1991, стр 279 - 284; Михаэль Френч,"Европа как кафедрал и Европа как процесс", журн. Новалис,1995, 1999

21. Зигрид Хунке, "Солнце Аллаха над странами Запада" Штутгарт 1980

22. Хейнц Герберт Шэфлер, "Академия Гондишапура", Штутгарт 1980

23. Фридрих Хеер, "Средневековье",Мюнхен,1983,стр.395 - 450; Артур Шульт, ""Божественная комедия" Данте как свидетельство эзотерики рыцарей тамплиеров", Битиххейм 1979

24. Хуго Рейманн, "Манихейство", Дорнах 1980

25. Катя Папасов, "Христиане или язычники - Богомилы", Штутгарт 1983

26. Делдат Рохе, "Движение катаров", Штутгарт 1997

27. Виллем Ф. Фельтман, "Тампль и Граль",Франкфурт 1996

28. Эмиль Бок, "Древняя история", Штутгарт 1978, стр.109

29. Михаэль Фукольт, "Надзор и наказание", Мюнхен 1975

30. Эрнст Лерс, "Человек и материя" Франкфурт 1966, стр. 149 - 168

31. Герхард Вэр, "Эзотерическое христианство", Штутгарт 1975

32. Бэрнд Лямпе, "Поиски Граля и познание судьбы" (в трёх томах: "Парсифаль", "Гавен", "Анфортас"), Дюрнау 1987 - 1990

33. Герхард Вэр , "Немецкая мистика" ,Мюнхен 1991

34. Вильгельм Рат, "Божий друг из Оберланда", Штутгарт 1985

35. Виктор Штраке, "Духовная система розенкрейцера", Дорнах 1992

36. Вилем Лоренц, "Прага Карла Четвертого - Пражский Новоград", Штутгарт 1982, стр.41 - 57. Сакральная география Праги:Милан Шпурек, "Мистериальная Прага", Прага 1996. О императоре: Фердинанд Зейбт, "Карл Четвертый", Мюнхен 1985

37. Ральф Лидтке, "Герметика" Падернборн 1996

38. Германн Бекк, "Алхимия", Дорнах 1987

39. Рената Римек, "Ян Гус", Базель 1982

40. Роберт Гейбель, "Шеллинг", Штутгарт

41. Эмиль Бок " Св. Павел", Штутгарт 198, стр. 274 - 280

42. Иоганн Валентин Андреа, "Фама фратернитатис"(Провозвестие братства), "Конфессио фратернитатис"(Конфессия братства) и "Химическая свадьба Христиана Розенкрейца" ,( изд. Рихард ван Дюльмен), Штутгарт 1973

43. Карл Хейер, "Исторический импульс розенкрейцерства", Базель 1990

44. Франц Уэйтес, "Просвящение в знаках розенкрейцеров", Штутгарт, 1993

45. Х. Г.Шенк, "Смысл европейского романтизма", Оксфорд 1979

46. Фридрих Шиллер, "Об эстетическом воспитании человечества - в ряде писем" Собрание сочинений в 4т., Херршильд,т.4,стр.399

47. Карл Хейер, "Каспар Хаузер (см. Примечание 6);Германн Пис, "Каспар Хаузер - Сообщения очевидцев и свидетельства о себе" , Штутгарт 1985

48. Карл Хейер, "Социальный импульс германского Духа в эпоху Гёте", Штутгарт 1987

49. И.В.Гёте, "Естественнонаучные труды", разные издания

50. Михаэль Эшборн, "Карлштейн", Штутгарт 1971

51. Томас Шипфлингер, "София - Мария", Мюнхен, Цюрих 1988

52. Валерий Сергеев, "Святое мастерство - Жизнь и труды иконописца Андрея Рублёва", Фрейбург 1991

53. Генрих Тойчман, "Сокрытое творение Шиллера", Дорнах, 1977

54. Филпп Л. Барбо, "Димитрий", Дорнах 1989

55. Эмиль Адлер, "Гердер и немецкое Просвящение", Вена 1968,стр. 330 - 347

56. Август фон Цишковский, "Отче наш", Штутгарт 1996

57. Федор Достоевский, "Дневник писателя" Мюнхен 1977, стр. 484 - 506

58. Леонид и Татьяна Ситенко, "Владимир Словьев в аспекте философского мышления", Шафхаузен 1997; Петер Норман Вааге, "Невидимый континент - Владимир Соловьев, мыслитель Европы", Штутгарт 1988

59. Мунин Нидерлендер, "Китеж и русская легенда о Грале", Лондон 1991; Гарри Сальман, "Невидимый град - Духовная биография русского народа", манускрипт, 1997

60. Луиджи Барзини, "Европейцы", Хармонсворф 1984; Атис Флорид, "Человек и народный Дух", Дорнах 1993; Герберт Хан, "О гении Европы", Штутгарт 1992; Ганс Эрхард Лауер, "Народные души Европы", Штутгарт 1965; Сальвадор де Мадарьяга, "Портрет Европы", Лондон 1952; Ганс Мендл, "О духе Севера", Штутгарт 1966; Вальтер Шубарт, "Европа и душа Востока", Пфулинген 1979

61. Ренате Римек, "Пример гётеанистического мышления", Базель 1974

62. Рудольф Штейнер, "Спиритуальные кулисы внешнего мира", Дорнах 1985 (первоначально 1917г.)

63. Томас Кун, "Структура научной революции", Чикаго 1962

64. Альберт Швейцер, "Мистика Павла", Оксфорд 1931

65. Рудольф Штейнер, "Основные направления теории познания в мировоззрении Гёте", Дорнах 1979 (первоначально 1886), а также на русском яз. "Очерк теории познания Гётевского мировоззрения", изд. ПАРСИФАЛЬ. Москва 1993

66. Рудольф Штейнер, "Философия свободы", Дорнах 1979 (первоначально 1894), а также на русском яз.изд. ДУХОВНОЕ ПОЗНАНИЕ, Калуга 1994

67. Иоганнес Хемлебен, "Рудольф Штейнер", Рейнбек 1963

68. Рудольф Штейнер, "Переживание сверхчувственного - Три пути души ко Христу", Дорнах 1994 (первоначально 1912); "Рудольф Штейнер о Втором пришествии Христа", изд. Гаральд Гирш, Дорнах 1991

69. Например: "О деянии Христа в современности" (изд. Рольф Чанц), Дорнах 1991, стр. 241 - 286

70. Рудольф Штейнер, "Апокалипсис и священнодействия" (Пятый том, лекции и курсы по христианским религиозным священнодействиям), Дорнах 1995, стр. 239 -240, ; Петр Традовский ,"Христс и антихрист", Дорнах 1997

71. В качестве приложения предлагается : Рената Римек, "Центральная Европа", Франкфурт 1983

72. Рудольф Штейнер, "Основной пункт социального вопроса", Дорнах 1996 (первоначально 1919), а также на русском яз.

73. Сигизмунд фон Глейх, "Преображение зла", Штутгарт 1983

74. Роберт Пауэль, "Герметическая астрология", Часть 1, Кинсау 1987, стр. 307 - 328, а также "Подприрода и Второе пришествие", в изд. Shoreline Ном.4(1991), стр.25 -52

75. Рудольф Штейнер, "Апокалипсис Иоанна", Дорнах 1985 (первоначально 1908), а также на русском яз. Изд. ДУХОВНОЕ ЗНАНИЕ, Калуга 1999

76. Хейнц Буддемейер, "Жизнь в мире искусства - Виртуальное пространство, видеоклипы и обычное телевидение", Штутгарт 1993; Нейл Постман, " Мы развлекаемся со смертью", Франкфурт 1997

77. Рон Дунсельман, "На месте "Я"", Штутгарт 1997

78. Михаэль Кирн, "Компьютер и философское представление о человеке", Штутгарт 1985

79. Даниэль Големан, "Эмоциональный рассудок", Мюнхен 1997

80. Виктор Фариас, "Хейдегер и национал-социализм", Франкфурт 1989

81. Макс Хоркхеймер и Теодор Адорно, "Диалектика эпохи Просвящения", Франкфурт 1971

82. Франсуа Лиотард, "Знание постмодерна", Вена 1986

83. Андрей Тарковский, "Запечатленное время", Берлин 1986

84. Карл Бернштейн и Марко Полити, "Его Святейшество Иоанн - Павел Второй и тайная дипломатия Ватикана", Мюнхен 1996

85. см., например, Иван Илич, "Дисквалификация общества", Мюнхен 1972, а также "Медицинская Немезида", Рейнбек 1977; Jaccques Ellul, La Techique ou l'enjeu du siecle, Париж 1954

86. Беседа Йозефа Бойса с Кнутом Фишером и Вальтером Шмерлингом, Кёльн 1989

87. Эрих Нойман, "Глубинная психология и новая этика", Франкфурт 1948; Рудольф Штейнер, "Философия свободы", см. Пр. 66

88. Гаджо Петрович, "Против авторитарного марксизма", Франкфурт 1969

89. Вацлав Гавел, "Пытаться жить по правде", Рейнбек 1989

90. Герберт Койпф и др., "Биодинамическое сельское хозяйство", Штутгарт 1976; Михаэла Глёклер и др., "Антропософская медицина", Штутгарт 1993

91. Ханнах Арендт, "О революции", Мюнхен 1974

92. Гьёрги Конрад, "Антиполитика - Центральноевропейские медитации", Франкфурт 1985

93. Эрхарт Нойберт, "История оппозиции в ГДР в 1949 -1989", Берлин 1997

94. Рольф Генрих, "Город под опекой ", Рейнбек 1989

95.Ганс-Иоаким Маац, "Эмоциональный напор - Психограмма ГДР", Берлин 1990

96. Милан Кундера, "Трагедия Центральной Европы" в "Пора в Центральную Европу", (изд. Е.Бузек и Г.Вилфлингер), Вена 1986, стр. 133

97. Карлос Кастанеда, "Жизнь дон Хуана", Франкфурт 1996

98. Фритьoф Капра, "Физическое тао", Мюнхен 1984

99. Авраам Маслов, "Мотивация и личность ", Нью-Йорк 1954, а также "Психология бытия", Мюнхен 1973

100. Станислав Гроф, "The Holotropic Mind", Сан -Франциско 1993; Чарльз Тарт, "Трансперсональная психология", Ольтен, Фрейбург 1978; Роберт Орнштейн, "Психология сознания", Кёльн 1974

101. Фритьoф Капра, "Время перемен", Мюнхен 1983

102. Джеймс Ловелок, "Гея - Земля есть живое существо", Мюнхен 1996

103. Илья Пригогин и Изабелла Штенгерс, "Диалог с природой", Мюнхен 1986

104. Руперт Шельдрейк, "Творящий Универсум", Мюнхен 1980

105. Мэрилин Фергюссон, "Нежная клятва", Мюнхен 1984

106. Е.Ф.Шумахер, "Красота в малом - Возвращение к человеку как к мере", Хольм 1993

107. Джон Д.Адамс, "Трансформированная работа", 1984

108. Моника Неве, "Нью-эйдж как развлечение?", Рейсдорф 1989

109. Ц.Г.Гаррисон, "Трансцендентальная Вселенная", Штутгарт 1990 (первоначально 1894), стр. 45-46

110. Рудольф Штейнер, Лекция от 1.12.1918, в "Социальные требования нашего времени", Дорнах 1979; Рената Римек, "Центральная Европа", Франкфурт 1983, стр.7 - 30

111. Томас Мейер, "Людвиг Польцер-Ходитц как европеец", Базель 1994, стр.481 -492

112. Рудольф Штейнер, "Лекция от 14.12.1919, в "Миссия Михаила", Дорнах 1994, а также на русском яз. Изд АНТРОПОСОФИЯ, Москва 2000

113. Людвиг Польцер-Ходитц, "Завещание Петра Великого - Борьба против духа", Дорнах 1989, и "Мистерии центра Европы", Штутгарт 1928 (см. также Пр. 111)

114. Отто фон Габсбург, "Назад к Центру", Вена,Мюнхен 1991, стр.238

115. Рудольф Штейнер, "Эзотерические указания", Дорнах 1992, Первый том, стр.130

116. Рудольф Штейнер, Лекция от 29.10.1914, в "Судьба человека и судьба народов", Дорнах 1981

117. Чарльз Пауэлл (участник обсуждения), "Being Kind to the Germans", в The Independent, 15.7.1990

118. Фридрих Шиллер, "Собрание сочинений в 4 томах", Херршинг 1980, том 1, стр. 10

119. Иоганн Готлиб Фихте, "Речи к германской нации", Лейпциг 1916, стр.121

120. Фридрих Вильгельм Ример, "Сообщения о Гёте", (изд. Артур Польмер), Лейпциг 1921

121. Карл Густав Юнг, "Вотан", в "Статьи о современной истории", 1946; Том Рейнес, "Есть ли у Германии миссия?", ; "Рудольф Штейнер, К.Г.Юнг и тень Одина", в журн. "Новалис"1996, 5; Рудольф Штейнер, "Миссия отдельных народных душ", Дорнах, 1974 (первоначально 1910)

122. Хельмут Джеймс фон Мольтке, "Письма к Фрейе", Цюрих 1997

123. Рудольф Штейнер, лекция от 22.6.1919, в "Социальные и педагогические вопросы с точки зрения духовной науки", Дорнах 1991

124. Даниэль Дж. Гольдхаген, "Исполнители воли Гитлера", Берлин 1996

125. Рудольф Штейнер, лекция от 14.1.1915, в "Из судьбоносного времени", Дорнах 1959

126. Михаэль Кирн, "Немецкое государство в Европе", Штутгарт 1991

127. Ганс Магнус Энценсбергер, "Перспективы гржданской войны", Франкфурт 1993

128. Карл Хейер, "Кто является германским народным духом?", Базель 1990; Герхрд Клокенбринг, "Поиски германского духа", Штутгарт 1989

129. Рудольф Штейнер, лекция от 12.3.1916, в "Духовные подосновы Первой Мировой войны", Дорнах 1974

130. Имануил Гейсс и Габриэла Интеман, "Югославская война", Франкфурт 1995

131. Йорген Рот, "Русская мафия", Гамбург 1996

132. Ганс-Вернер Шрёдер, "Человек и зло", Штутгарт 1984 стр.406

133. Эккехард Меффель, "Николай Кузанский", Штутгарт 1982

134. Бернард Ливегуд, "Человек на пороге - Биографические кризисы и возможности развития", Штутгарт 1986

135. Франц Карлгрен и Арне Клингборг, "Воспитание для свободы - Педагогика Рудольфа Штейнера", Штутгарт 1990

136. Конраад ван Хутен, "Образование подростков как пробуждение воли ", Штутгарт 1993

137. Петер Петерсон, "Тёмный зверь -Деструктивность и целебные силы в моей психотерапевтической практике", в журн. "Тройка", 1997, 7, стр. 874 -884

138. Рудольф Штейнер, "Как достигают познания высших миров?", Дорнах 1993 (первоначально 1904-1905), а также на русском яз. Изд. НОЙ, Ереван 1992

139. Атис Флорид, "Повседневность жизни как путь ученичества", Дорнах 1992 ; Георг Кюлевинд, "От нормального к здоровому", Штутгарт 1983; "Жизнь души между сверхсознанием и подсознанием", Штутгарт 1986

140. Джеймс Хиллман, "Голубой огонь", (изд. Томас Моор), Нью-Йорк1989; Томас Моор, "Дать душе крылья", Мюнхен 1995; Роберт Сарделло, "С душой работать над миром", Гудзон 1992 и "Любовь и душа", Нью-Йорк 1995

141. Йорген Мольтман, "Бог в созидании - Экологическое учение о сотворении", Мюнхен 1985

142. Марко Погашник, "Путь к исцелению Земли", Мюнхен 1997

143. Л.Ф.Ц.Мейс, "Болезнь как благо - Излечение как задача", Штутгарт 1984

144. Гарри Сальман, "Социальный мир как мистериальный центр", Рейсдорф 1994

145. Дитер Брюлль, "Антропософский социальный импульс", Шаффхаузен 1984, стр. 13 - 63

146. Петер Петерсон, "Терапевт как художник", Падерборн 1987

147. Ганс Шаубер , "Консультация на тему, жизни", Дорнах 1987

148. Рихард Седдон, "Европа - Спиритуальная биография", Лондон 1995

149. Чарльз Лаури , "О европейском зодиаке", в журн. "Новалис" 1995,3; Мария Шиндлер, "Европа и ее звездные мифы", Фрейбург 1967

150. Альберт Сойзман, "Двенадцать чувств", Штутгарт 1995

Конец




Назад       Всё оглавление (в отдельном окне)

  Рейтинг SunHome.ru