8. Масонство, британизм и иезуитизм

RUDOLF-STEINER.RU

Библиотека
антропософского движения
   
Главная

Авторский раздел

Именной каталог

Г. А. Бондарев

АНТРОПОСОФИЯ НА СКРЕЩЕНИИ ОККУЛЬТНО-ПОЛИТИЧЕСКИХ ТЕЧЕНИЙ СОВРЕМЕННОСТИ

8. Масонство, британизм и иезуитизм

8.     Масонство,  британизм   и   иезуитизм

Когда к консервации древних культов в тайных обществах англо-американского мира примешалось действие элементарных существ трех указанных выше родов, то новое "жречество" лож испытало ложное побуждение с помощью мумифицированных церемоний достичь господствующего положения в водительстве человечеством (216; 24.IX).

Рудольф Штайнер дает описание трех форм империализма, которые, возникнув в разные исторические эпохи, ныне в той или иной мере заявляют о себе все разом, — и это в социальных условиях, где ни для одной из них уже не осталось места.

Впервые мы сталкиваемся с империализмом на древнем Востоке. Там он носил такую форму, что владетель царства считался божественным существом. Тогда еще не думали, как ныне, что сонмы духов пребывают по ту сторону облаков. В Египте, например, фараон был действительно явившимся на Землю сыном Небес, или даже отцом Небес. Право на завоевание тогда основывалось на необходимости расширять царство Божие (см. ассирийские предания). Завоеванные народы, со своей стороны, почитали завоевателя как Бога. Такова была первая форма империализма.

Во второй форме владетель уже был посланцем Бога, был инспирирован, или пронизан Богом. В первой форме империализма человек имел дело с некоторой действительностью, во второй — владетель являлся в облачении, и это означало не что иное, как указание на то, что такое облачение принято среди богов. Мы встречаемся с этим  у Ареопагита, когда он описывает церковную иерархию: дьяконов, архидьяконов и т.д., — которая является отображением Божественных Иерархий.

Такая форма империализма в дальнейшем расщепилась надвое. В одном направлении владетель остался королем и жрецом, в другом все пошло более светским путем, там король стал помазанником Божьим. В историческом развитии обе разновидности выступили в виде церковного и государственного объединений (196; 20.II).

Тень первой формы, или стадии, империализма сохранилась в католической церкви, где она  "...сгустилась в некий род душевного империализма". Стоит вспомнить, предлагает Рудольф Штайнер, монахов Клюни (XI в.), приобретших большое господство в Европе; из их среды вышел папа Григорий VII —"могущественный империалистический папа" (196; 22.II).

Первая форма империализма присуща также магометанству: хотя Магомет не Бог, а его пророк (т.е. вторая форма), но распространение магометанства носит характер полной религиозной нетерпимости. Кое-что в том настроении, которое насаждалось в души подданных русского монарха, а особенно в новой идеологии реставрации монархизма в России, происходит из второй формы империализма, например, в тезисе, высказанном еще Достоевским, а теперь усиленно пропагандируемом, что быть русским означает быть православным. Рецидивом первой формы империализма с элементами третьей является господство большевизма, когда метафизическая  "воля народа" объявляется прямым, универсальным, по сути вселенским волением,  выше которого ничего нет.

Третья форма империализма была сформулирована в XX в. Чемберленом и его  сподвижниками. Такое понятие, как Imperial  Federation, в Англии является официальным с начала XX века. Однако истоки его восходят еще к  XVII веку, когда выступает воля народа, появляется избирательная система. Эта форма империализма развивается из парламентаризма. В ней то, что раньше было символом,  знаком, становится фразой. Между сказанным и  действительностью  образуется  пустота.

Итак: король — помазанник — фраза. Из мнения большинства возникает не реальность, а фраза. Большую роль начинает играть колонизация. Авантюрист, оборванец, не ужившийся в империи, уезжает, скажем, в Африку, там богатеет, захватывает  территорию и присоединяет ее, как новое владение, к метрополии (см. историю Родезии). Авантюриста сначала осуждают, потом все делается порядочным. Таков империализм Запада, но под его поверхностью сохраняется вторая форма. И это есть  символический империализм тайных обществ, держащихся в тайне от широкого населения (196; 22.11). "До 90-х годов, — говорит Рудольф Штайнер, — Англия была образцом настоящего, искреннего парламентаризма; парламент давал импульсы  внешней политике. ...народ  действительно участвовал во внешней политике". Но  потом инициатива перешла в руки закулисных вдохновителей. "Внешние дела были  изъяты из парламента, из министерства иностранных дел и перенесены во внутренний комитет, в некую канцелярию министерства иностранных дел" (173; 18.XII).

[*Примеч. автора:   Среди антропософов, опять же из Англии, на этот раз до известного мне момента устно распространяется слух,  будто бы в 1924 г. Рудольф Штайнер сказал Вальтеру Штайну, что с приходом  к   власти  лейбористов в Англии покончено с влиянием оккультных братств на политику. Это откровенная ложь, в основе ее лежит искажение того, что Рудольф Штайнер 5 февраля 1924 г, ( ИПН 300c , стр. 113 ) сказал на одной из педагогических конференций.  Вот его слова: "Это просто удивительно, сколь неосмысленно ведет себя сегодня человечество. Оно не способно осознать важнейшие симптомы.  Теперь вот в  Англии путем введения системы Макдональда было покончено с традицией, возраст которой насчитывает несколько веков.   ...С антропософской стороны должно быть опять-таки хорошо увидено, как внешние события отчетливо показывают, что кончилось время, историю которого можно было описать, руководствуясь просто физическим планом. Мы должны понять, что повсюду в историческое становление все больше врьваются ариманические силы".
              Джон Р.Макдональд  (1886 -- 1937) был одним из основателей и руководителей лейбористской  партии. В 1924 г он стал премьер-министром и установил дипломатические отношения с СССР.  ]


 
То был по сути завершающий этап некоего длительного процесса, который привел к абсолютному господству тайных обществ в политике англосаксонского мира. При этом внутри Британского королевства, на что указывает Рудольф  Штайнер, масонство продолжало жить весьма  респектабельными интересами, "но  в остальном, во многих местах вне Британского королевства,  масонство исключительно или главным образом преследовало политические цели.  Целиком и полностью преследует политические интересы "Гранд Ориент де Франс", а также и  другие "Гранд Ориенты". Можно было бы спросить: при чем тут англичане (?)...Но сведите воедино с этим тот факт, что первая высокоступенная ложа в Париже  основана из Англии, а не из Франции! Не французы, а бритты основали ее; французы в их ложу были толькo введены.


...Опять же из Англии последовали основания лож: в Гибралтаре — в 1729 г., в Мадриде — в 1728 г., в Лиссабоне — в 1736 г., во Флоренции — в 1735 г., в Москве —в 1731 г., в Стокгольме — в 1726 г., в Женеве — в 1735 г., в Лозанне — в 1739 г., в Гамбурге — в 1737 г. Этот список можно бы было продолжать. ...подобно сети, хотя  иного характера, чем в самом Британском королевстве, основываются эти ложи в качестве внешних инструментов для реализации определенных оккультно-политических импульсов. Рядом с "опрокидывающимися" преобразованиями, какими  их являет история в ярости якобинцев,  в политических действиях  карбонариев, кортесов   в Испании и других подобных им феноменах, сильно действуют также и они; их  происки, приводящие в движение такого рода явления, прослеживаются в культурно-историческом развитии, в трудах крупных деятелей того времени. Можно подумать  об идущей от Руссо натурфилософии, о постоянно впадающей в цинизм ,и все же сначала действующей просветительски критической философии Вольтера, о стараниях  иллюминатов  и т.п. кругов преодолеть этот цинизм.  Эти прогрессивные круги растаптывались реакцией и подпольно действовали разными путями далее". То есть их  нельзя изначально оценивать как только лишь злонамеренные. Многое в них соответствовало задачам начального периода эпохи души сознательной.  "Но вы должны, — продолжает Рудольф Штайнер, — оценить до определенной степени то, что  сегодня говорят английские масоны: посмотрите на наши ложи — они очень порядочны, а до других нам дела нет. Однако, если взглянуть на исторические взаимосвязи и на встающие одна против другой во взаимосменяющейся игре силы, то окажется, что все это одна британская политика, которая таится за всем этим" (174; 8.1).

Иной антропософствующий читатель может нам возразить, что и Рудольфу Штайнеру было свойственно "заблуждаться", что и он был "продуктом своего времени" (Р.Лиссау). Но скажет он это только потому, что его по какой-то причине, которую он скрывает, не устраивают приведенные сообщения Рудольфа Штайнера. Такой читатель сделает все возможное, чтобы наша книга не попала в руки антропософов, но не  потому, что в ней содержатся ложные умозаключения, а как раз по той причине, что все сказанное в ней — правда. И было бы печально, если бы настоящий антропософский читатель пошел навстречу такому намерению. Напротив, уяснив себе во всем объеме размеры нашей ответственности за судьбу Антропософии в труднейших условиях  нового времени, такой читатель должен испытать побуждение поправить дело хотя  бы в размерах той антропософской общности, где он ведет свою работу.

Не о фанатичном разжигании вражды идет при этом речь, а о методологически  правильном познании и образе действий. Так, собственно говоря, поступают везде— во всех движениях, течениях, объединениях. Почему мы должны составлять  исключение и, приняв Духовную науку за основу нашего миро- и жизневоззрения,  поступать вопреки ей? Например, руководствоваться правилами поведения, принятыми в той или иной ложе или в каком-нибудь католическом ордене? Если кто-то из  нас попробует с нашими принципами действовать там, его вскоре попросят удалиться. Чтобы не быть голословным, я проиллюстрирую сказанное примером.

В июле 1990 г. в Базеле состоялась ежегодная конференция исследовательской ложи  "Кватуор Коронати", на которую с докладом был приглашен председатель Всеобщего Антропософского Общества г-н Манфред Шмидт. Несмотря на то, что доклад его был выдержан в духе совершенной положительности и в нем не было даже малейших  намеков на то, о чем у нас идет речь, в рецензии на него было сказано: "Учредители  конференции руководствовались плохим советом, приглашая 1-го председателя Всеобщего Антропософского Общества говорить на тему: "Будущее масонства в свете Антропософии", перед членами исследовательской ложи... Им, как масонам, нужно  просто иметь инстинкт (выделено мною. — Авт.), который подсказал бы им, что  не-масон не смеет говорить ни о настоящем, ни о прошлом, ни, тем более, о будущем  масонства. Для каждого масона должно быть совершенно очевидным, что внутреннее вольных каменщиков закрыто от профанов".  [*Примеч. автора:   Странно, что журнал "Гетеанум", в обязанности которого входит извещать нас обо всем, "что в Антропософском Обществе происходит", ни словом не обмолвился об этом интересном и значительном событии. ]
  


Прочитав это, я, как антропософ, сказал себе: что ж, они имеют право так смотреть на свое дело. Мы,  в отличие от них, — открытое общество, однако и нам следовало бы не позволять судить о себе людям некомпетентным и уж тем более — злонамеренным, если даже они выступают из нашей среды. "Не позволять" не в том смысле, чтобы затыкать им рот — так поступают они по отношению к нам (не парадоксально ли?), — а  чтобы компетентно, аргументированно и, что особенно важно,  гласно  изобличать их  ложь, подтасовки и сами приемы, с помощью которых они искажают  образ и содержание Антропософии.

Не следует шокироваться тем, что мы затрагиваем те же вопросы, что стоят "на  острие ножа" в чисто политической борьбе, ибо, во-первых, мы живем в этом мире и  его судьба является и нашей судьбой, и во-вторых — мы делаем это иначе: постоянно  имея в виду духовный план мировых отношений и, как гетеанисты, стремясь распознать прафеномены текущих событий. Поэтому наши рассмотрения нельзя свести к  идеологическим  лозунгам или просто к сообщению сенсационных фактов.

Мы признаемся прямо, что у Рудольфа Штайнера учимся нашему методу. Мы не  находим этот метод узким, односторонним. Напротив, все другие методы обнаруживают свою односторонность в сравнении с ним. Не он ограничивает нас, а нам подчас не хватает духовных сил, чтобы овладеть им во всем его объеме. Итак, наша  задача всегда остается  духовно-научной и одновременно ориентированной на практическую жизнь. Но продолжим наше рассмотрение.

Если вы спрашиваете, говорит Рудольф Штайнер, о глубинных основах английской политики, то следует обратиться к новейшей истории, где она подготовлялась  уже начиная с XVII и даже с XVI в., "а теперь идет в направлении демократизации, то с большей, то с меньшей скоростью". Эта демократизация состоит в том, что у  немногих отнимается власть и передается широким массам.

Я не занимаюсь политикой, поэтому не высказываюсь ни за, ни против демократии... я хочу только изложить факты. Стремление к демократизации проходит через  новое время в более или менее ускоряющемся темпе, так что при этом образуются различные потоки, и всегда бывает ошибочно рассматривать один поток там, где их сходится много... я  бы сказал так:  зеленый и красный потоки текут рядом; цвет при этом  не имеет оккультного значения... И люди обычно, я бы сказал, гипнотизируются,  всегда смотрят только на один поток и не видят исторического параллелизма потоков.

Как параллельный поток к демократизированию проходит использование оккультных мотивов в различных орденах... Они не становятся духовными благодаря своим  намерениям и целям, но, говорим мы, развивается духовная аристократия napaллельно той демократии, которая действовала во французской революции, развивается  аристократия лож.  Если человек хочет в наше время видеть ясно, открыто выступать в мире и быть в состоянии его понимать, то ему не следует оставаться при демократической логике — которая ведь правомерна только в своей среде, — при фразах о демократическом прогрессе и т.д. Нужно обращаться к тем "вставкам", которые проявляются в стремлении немногих достичь господства с помощью средств, которые хранят внутри лож, с помощью ритуала с его суггестивным действием. ( В этих словах, поистине, содержится ключ к пониманию того, что именно теперь происходит в мире и у нас, в России. Подтверждения встречаются на каждом шагу, и вопрос фактически сводится лишь к одному: должны ли мы сознательно закрыть на это глаза? — Авт.)   ...В материалистический век видеть это разучились, но 50 лет тому назад люди указывали на это. Откройте философов истории 1850-х годов, и вы увидите, что они указывали на связь французской революции и всего последующего развития с ложами...

Эмансипация от всех этих отношений и самоориентация на непредвзятое, чисто  человеческое, наступили лишь под влиянием той большой духовности, которая развилась в связи с Лессингом, через Гердера, Гете и далее в немецкой философии" (174; 8.1).

Среди пишущих и говорящих в антропософской среде о политических кулисах  развилась манера считать тайные общества чем-то другим по сравнению с масонством. ( Про себя они, вероятно, относят их к нерегулярным ложам, но пойди пойми — о чем человек молчит?). Кроме уже приведенного, вот что еще говорит Рудольф  Штайнер: "Если вы вернетесь в 1720 г., то в Англии вы найдете пару приверженцев  этих обществ. Правда, приверженцы здесь, как правило, являются лишь инструментом стоящих в тени людей; но тогда и последователей была всего лишь пара. Посмотрите на сегодняшнюю обстановку. Вы  видите  масонские  общества, т.е.  общества, служащие  хорошим инструментом  в  руках  тайных  обществ. В Лондоне масонских  лож 488, во всей Великобритании 1354... Дело заключается в том, чтобы субстанциональное содержание того, что существует в этих ложах, распознать как инструмент  английских сил. А также необходимо найти причину , по которой эти силы до сего  времени обладают таким большим значением" (196; 21.II).

Прибавим к сказанному то, что узнали ранее о "Великих Востоках", основываемых повсюду в мире из Англии. Еще полезно было бы подумать об американской  ложе, являющейся своеобразной "кузницей" правящих кругов США — я имею в виду  "Scull and Bones" ("Череп и кости"), и т.д., и т.п., и тогда останется лишь спросить:  так что же считать регулярным масонством? и не стала ли сама "регулярность" радикальнейшей формой "нерегулярности"?

Рудольф Штайнер признает, что обычай возводить происхождение масонства к далекому прошлому имеет под собой определенное основание, хотя "некоторое мошенничество имеет место и здесь". На первом этапе империализма Боги действительно в человеческом облике ходили среди людей. Потом это стало символом, и символика осталась  в ложах. Во внешней, экзотерической жизни символика стала фразой. (Ее теперь лепят  на танки, самолеты.) В ложах  фраза становится церемониальной фразой. "Если же случается, что особенно одаренные в силу кармы люди проникают к смыслу церемоний —порой и слепая курочка находит зерно, — то тогда они отдаляются от подобных тайных обществ. Тайные же общества заботятся о том, чтобы такие люди не смогли им этим  повредить. Ибо главное для них — сила, а не прозрение" (196; 21.II).

Следует знать, что масонство не сразу сдало свои позиции. Была борьба, в которой здоровые силы в конце концов потерпели поражение. В ложах, или братствах,  где имелось понятие об импульсах человеческого развития, отдельные люди видели  то большое событие, которое в 1879 г. завершилось низвержением Архангелом Михаилом духов тьмы с Неба на Землю. И перед ними встал вопрос: что делать, считаясь с этим фактом, считаясь с новым присутствием ариманических духов в материализме эпохи? И такие люди решили помочь другим познать кое-что духовное непосредственно на физическом плане. Из хороших побуждений в 40-х годах прошлого века в мир был выпущен спиритизм. В то время, когда на Земле возобладал дух критицизма, рассудок, направленный лишь на внешний мир, людям нужно было дать хотя бы ощушение того, что дух все-таки существует.

Другие члены братства, предпочитавшие не давать человечеству никаких спиритуальных знаний, хотя были в большинстве, тоже согласились на такое мероприятие. И тогда благонамеренные спиритуалисты, члены братств, вознамерились а  это было ошибкой — с помощью медиумов убедить людей в существовании духовных сил; в дальнейшем предполагалось на этом основании давать более высокие истины, поскольку от медиумов ожидали, что они начнут говорить о всеобщем элементарном мире. Но на спиритических сеансах медиумы заговорили об умерших.

Постепенно инициаторы спиритизма остались в меньшинстве. Кроме того, в  ложах были еще другие посвященные, которых называют "левыми братьями"; они  "...используют все, — говорит Рудольф Штайнер, — что как импульс можно привить развитию человечества путем силового действия" (178; 19.XI). Они тоже  ждали кое-чего от спиритизма, поскольку в их среде оперируют с душами умерших, с помощью материалистического мировоззрения привязывают их после смерти к ложам. "Постепенно они отвоевали все поле деятельности. Благонамеренные посвященные потеряли всякий интерес к спиритизму, почувствовали себя даже   устыженными... Левые братья также пошли на дискредитацию спиритизма, поскольку вообще не хотели выпускать людей из тенет материализма" (178; 19.XI). Это они совершили большевистский переворот в России и стоят за кулисами всех  социалистических экспериментов в мире.

[*Примеч. автора:   Еще в одной лекции Рудольф Штайнер дает по этому вопросу такое разъяснение. Поскольку  "я" и  астральное тело медиума подавляются гипнотизером, или инспиратором, то он не может здоровым образом войти в царство умерших. Поэтому через медиумов стало выступать чисто люциферическое учение, связанное с одними только ариманическими наблюдениями: и от спиритов пришлось отказаться. В духе описанного выше компромисса действовали и ведущие личности Теософского общества, т.е. они получили свои знания о сверхчувственном (Ледбитер и др.) через медиумов, что было неправомерно. Лучшие надежды благонамеренных посвященных середины XIX в. осуществились в Антропософии, которая духовные знания дает только через бодрственное я-сознание (254: 11,13. V).]
 


Самый большой и уже непоправимый ущерб масонству нанесли иезуиты. В масонстве имеет смысл говорить главным образом о трех ступенях посвящения.  Ритуал, совершаемый на этих ступенях, облеченный в словесные оболочки, представляет собой некую взаимосвязь Мистерий, бывших до Мистерии Голгофы, с  задачами, которые человечество имеет после Мистерии Голгофы. На эти три ступени нанизывают множество других — до 95-ти. Но вот что происходит там с  определенного момента.

Если в ложах встречаются люди, которые, проходя через три ступени посвящения, действительно размышляют, "...то потом они замечают, что полученное на этих трех низших ступенях полностью исчезает благодаря тому, что им прививается на  более высоких ступенях. Ужасный туман простирается над всем, что можно было  сочувствовать на трех нижних ступенях. Высшие ступени затуманивают их, да так, что большинство людей совершенно не понимает, что тут происходит. А дело в том, что в конце XVIII — начале XIX в.( а, в общем-то,  это продолжается до наших дней) —специальные люди прокрались в масонские ордена и, находясь внутри их, учредили высокие ступени (градусы) масонства... Люди ведь часто бывают легковерны в тех случаях, когда их не посвящают в суть дела. Прокравшиеся в масонские ордена — это  члены "общества Иисуса", это иезуиты... Так что не только там, где бранят масонство  или проповедуют против него, но и на его высоких ступенях вы находите очень-очень   много чистого иезуитизма.   По мнению самих иезуитов, это не беда, что приходится накидываться на то, что сам же и учредил, поскольку это относится к области политики, к  действительному водительству людей. Если людей хотят вести к ясной цели... то ведь  достаточно лишь подойти сбоку и указать им единственный к ней путь. Но если людей   хотят одурманить, одурачить, усыпить, то им указывают два пути, а иногда и более; но   для начала достаточно двух. Один идет так, другой так (см.рис.).

Человек является иезуитом, если официально принадлежит к  обществу Иисуса и идет этим путем: ( стрелка вверх); если же он является иезуитом, принадлежа к какому-нибудь высокоградуированному масонскому ордену, то он принимает этот путь: ( стрелка  вниз ). Другие смотрят на все это и никак не могут соориентироваться. Их тогда очень  легко морочить" (198; 3.VII).  Таков, можно сказать, главный методологический принцип действия всех тайных  обществ в современном мире. Не зная его, мы то и дело наталкиваемся на противоречия в той борьбе, которую подчас совсем непримиримо ведут представители одного  ордена с другим. В ней позволяется даже физически истреблять членов противоположного ордена, стоящих на ступени профана, не говоря уж о народных массах, в  среде которых они ведут борьбу.  В то же время, можно всегда заметить некое единство целей на верхах враждующих орденов.

 [*Примеч. автора:  Акции выше описанного рода проводят обе стороны. Так, возможно, не лишены основания слухи  о том, что нынешний папа есть креатура западных лож. Закулисная борьба ныне пришла к дьявольскому абсурду. Речь уже идет не об оккультно-политической, а об оккультно-мафиозной борьбе]  

 И второе: ко всем, кто вольно или невольно вовлекается в эту борьбу, применяется тактика — назовем ее так — "двух кинжалов". Кто отшатывается от одного из них, должен сам наколоться на другой.

Перед антропософами стоит задача не дать себя  в эту тактику вовлечь. Поэтому  необходимо, чтобы нас перестали морочить. Морочить же удается  всякого, кто пассивно плывет по течению расхожих мнений, которые распространяет также и наша  антропософская пресса, и многие наши власти предержащие, учительствующие среди нас. Нужно понять, что в таком случае мы эффективно служим одному из супостатов или сразу обоим, что бы при этом медоточиво ни исходило из наших уст.

Если Господь не лишил нас разума за эгоизм наш, то давайте учиться на трагическом опыте других, чтобы не повторять его в нашей среде. Давайте изучим и учтем  историю сокрушения масонства, поскольку методы, которыми борются со здоровой  спиритуальностью в мире, они все те же.

Назад       Далее       Всё оглавление (в отдельном окне)

  Рейтинг SunHome.ru