ЗАКЛЮЧЕНИЕ

RUDOLF-STEINER.RU

Библиотека
антропософского движения
   
Главная

Авторский раздел

Именной каталог

Г. А. Бондарев

ТРИЕДИНЫЙ ЧЕЛОВЕК ТЕЛА, ДУШИ И ДУХА

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ЗАКЛЮЧЕНИЕ


Входя в Духовную Науку Рудольфа Штайнера, мы как бы отправляемся в плавание по безбрежному "морю"  миро- и человекопознания. Плавание это, проходящее под флагом  "Познай себя", становится образом нашей жизни. Оно наполняет нашу жизнь смыслом и содержанием, ставит ей ясную цель. И в нем, как и в любом плавании по морям и океанам физического мира, необходимы "капитан", "штурман" и некоторые "навигационные приборы". В Мистериях древности "капитаном" ученика, отправлявшегося в плавание по морю сверхчувственного, выступал иерофант, учитель посвящения. В его руках были и "навигационные приборы". Ныне человеческое самосознание созрело настолько, что мы стали способны совместить в себе и роль учителя, и роль ученика. Мы теперь сами способны научиться ориентировать курс "корабля" нашей жизни по звездам, первейшая из которых — Христос-Солнце. Духовная наука для нас есть некоего рода самоучитель, по которому нам надлежит приготовить в своем "я" и "капитана", и "штурмана", что в переводе на язык науки означает: овладеть методологией Антропософии. "Навигационными инструментами", после соответствующей упорной и продолжительной подготовки, становятся наши мысли, чувства, волеизъявления, а также ожившие в тройственной душе понимание, способность различения, положительность, добрый прав, человеколюбие, самоотверженность, мужество, способность на жертву и многие другие качества.


Чтобы совершить всю эту работу, недостаточно просто накапливать духовно-научные знания. Духовная наука, Антропософия — это духовная пища. Она, как и всякая пища, должна быть усвоена как средство, — средство питания индивидуального духа. Благодаря ей он растет, набирает силы и делается способным на самостоятельные действия, которые, в первую очередь, выражаются в способности человека ориентироваться в "океане" духопознания, самостоятельно прокладывать в нем курс своей конкретной жизни, а не только жизни вообще. Решению этой задачи и служит наше исследование. Оно представляет собой некоего рода методологическое введение в Духовную науку. Как и всякая наука, Антропософия обладает собственной методологией. Как и в случае любой науки, антропософски ориентированным духопознанием не овладеть, не будучи хорошо знакомым с его методологическими принципами. Методология образует центр науки, кто им владеет, тот способен отдельные познания приводить в систему.


Но и более того можно сказать антропософскому читателю. Мы живем в ожидании второго импульса Антропософии, который из мира Иерархий должен прийти в наш мир, прежде чем Антропософия станет всецело его делом. Первый импульс был дан в ответ на все те вопросы, которые цивилизация накопила к концу XIX столетия — те вопросы жизни и познания, без ответа на которые стало невозможным дальнейшее развитие мира и человека. Теперь, в конце XX столетия, мы говорим: ответ на те вопросы дан. Дальше — дело за человеком. Если мы ничего не сделаем после того, как получили желаемые ответы, то будет бессмысленно в дополнение к первому давать второй антропософский импульс. В таком случае в мир пришли бы ответы на непоставленные вопросы.


Вот почему возникает задача употребить духопознание как духовную пищу, вобрать его в себя и дать ему умереть, чтобы оно затем взросло в нас плодами личности.


Познание Антропософии составляет этап, через который должен пройти каждый. На этом этапе полезно научиться соединять отдельные мысли, высказывания Рудольфа Штайнера в самостоятельные представления. Но если ограничиться только этим, мы породим еще одну форму теологии, которая довольно скоро перестанет что-либо давать и уму, и сердцу. Антропософия, становясь знанием как информацией, попросту забывается. Ну а что в Антропософии говорит прямо к нашему сердцу, не нуждается в посредниках и комментаторах, тут достаточно читать самого Рудольфа Штайнера.


Итак, чтобы второй импульс Антропософии пришел в мир, антропософы должны выйти ему навстречу, и не с жаждой получить новую информацию, а как способные рождать Антропософию из себя.


В будущем мы станем духовную мудрость дарить друг другу, сходясь вместе под знаком  духовного братства. Но чтобы нечто дарить, необходимо им обладать, необходимо собственные душу и дух превратить в сосуды, достаточно чистые и совершенные, чтобы в них мог нисходить "голубь" святого познания, живая мудрость. Поэтому Антропософию нужно изучать долго, напряжённо и с живым участием.


Это совершенно ложное настроение, ныне широко распространяющееся среди антропософов, что нечего-де все время держаться за д-ра Штайнера, что, например, вальдорфская педагогика может идти дальше сама и без Антропософии и т. п. Такое настроение образует другую крайность по сравнению с намерением возвести антропософскую теологию. И оно столь же "умно", как намерение лишить дерево корней на том основании, что оно уже выросло. Мы имеем здесь дело с люциферически-ариманическим искушением. Эти  духи желают одним толчком перебросить нас в то состояние, когда мы будем рождать мудрость из себя, перебросить нас туда без способности это делать. Отдаваясь такому намерению, мы не только не готовим условия для прихода второго импульса Антропософии, а разрушаем под корень даже первый ее импульс.


Такая опасная тенденция нарастала десятилетиями. В начале 90-х годов создается впечатление, что она приняла необратимый характер. Все меньше появляется книг, являющихся плодом претворенной в индивидуальном духе Антропософии, подобных сочинениям Громана, Клооса, Хаушки, Пеликана, Бенеша, Вульфа и других, подобных им, авторов. Эзотерика, якобы из страха перед ложной мистикой, изгоняется из Общества. Все заполняет плоское теологизирование — и в книгах, и в докладах. Большая доля вины в этом ложится на всех членов Общества и Движения в целом.


Коснеют и принимают все более ариманизированный характер административные структуры антропософских объединений. Все активнее заявляет о себе непретворяемая, необлагораживаемая природа души, склада ума в людях, сходящихся на антропософской ниве для общих дел. Повсюду замечаешь призрачные тени каких-то странных, абсолютно чуждых светлому духу Антропософии кулис. Удивляться этому не стоит, поскольку свято место пусто не бывает.


Проснемся ли? Восстанем ли?


Апокалиптический зов Ангела к Филадельфийской общине — к будущей славяно-германской культуре, обращен также и ко всем антропософам наших дней, поскольку они взяли на себя задачу, оздоравливая современную культуру, сея в ней семена доброго, прекрасного, вечного, готовить приход будущей культуры Самодуха. А потому, друзья, впишем в наши сердца огненными письменами Божественный призыв: "Держи, что имеешь, дабы кто не восхитил венца твоего!"


Москва — Дорнах, 19 сентября 1992 г.




Назад       Далее       Всё оглавление (в отдельном окне)

  Рейтинг SunHome.ru