RUDOLF-STEINER.RU

Библиотека
антропософского движения
   
Главная

Каталог ПCC Р. Штейнера (GA)

Человек как единое звучание творящих мировых Слов GA_230

Часть III      МИР РАСТЕНИЙ.     ДУХИ СТИХИЙ

Седьмая лекция

Дорнах, 2 ноября 1923 года

Зримому внешнему миру соответствует другой, незримый, который составляет с первым нерасторжимое целое и проявляется ярче всего, когда мы переносим свое внимание от животного мира к миру растений. 

Растительный мир, так пышно распространившийся на Земле, восхищает наши сердца, но постоянно задает нам загадки.

Животное тоже загадочно, но все же в меньшей степени, ибо у животного есть воля, проявляющаяся в его внешней форме. Все действия животного явля ются выражением этой воли.

У растения ничего этого нет. Бесконечное разнообразие растений, их таинственное рождение, начинающееся с зерна, их развитие с помощью земли и атмосферы — все это заставляет предполагать существование чего-то другого, чего мы не воспринимаем.

Наблюдение растений духовным видением открывает нам существование огромного количества существ, которых хорошо знало инстинктивное ясновидение прошлых времен и которые теперь преданы забвению. В наши дни осталось знание об этих существах, выраженное пустыми словами, если их не употребляют разве что в целях чисто поэтических. Для современного человека они не обозначают больше никакой реальности.

Поскольку человек потерял из виду этих духовных существ, незримым роем окружающих растения, то он потерял также и понимание растительного мира,познание которого, особенно в лечебных целях, было бы исключительно полезно. [  Ср.: Штайнер Р., Вегман И. Основания для расширения лечебного искусства на основе духовно-научного познания .]

Выше мы уже говорили об отношениях между растением и бабочкой. Полностью постигнуть все их значения можно, только более глубоко проникая в активность самого растительного царства. Растение погружает свой корень в почву. При духовном созерцании корня можно заметить, что весь этот корень окружен природными элементарными духами, развивающими чудесную деятельность. Древнее инстинктивное ясновидение называло их гномами, а мы назовем их духами корней. С помощью имагинативного ясновидения и инспирации их можно наблюдать так же реально, как в физической реальности наблюдают жизнь людей и животных. Можно погрузиться в жизнь и душу этих маленьких духов, составляющих особый мир.

Этот подземный народец невидим, но действия его видны, ибо ни один корень не мог бы существовать, если бы около него не было этих маленьких духов, служащих посредниками между ним и минеральной почвой. Это они активизируют минеральные элементы, заставляют их двигаться и доносят до корня. Само собой разумеется, что я обращаю внимание только на духовную сторону этого феномена.

Эти духи корней существуют на Земле повсеместно. Больше всего им нравится находиться внутри более или менее прозрачных или отливающих металлическим блеском скал и минералов. Но еще лучше они чувствуют себя в том потоке минерального обмена, который питает корни, так как именно там их настоящее место, там они играют свою настоящую роль. Эти духи преисполнены того внутреннего духовного принципа, который мы поймем лучше, если сравним его с другим, заложенным во внутренней духовной подоснове человеческого глаза или человеческого уха. Ибо эти духи корней  по своей духовной конституции представляют собой орган восприятия. Не в том смысле, что они обладают органами восприятия, — они сами представляют собой орган восприятия, причем восприятия, слитого с постижением [ Немецкое слово "Sinn" имеет амбивалентное значение: 1. Орган чувств, орган внешнего восприятия и 2. Смысл явления, понимание. —Примеч. перев.]: они не просто видят или слышат, но процесс  видения или слышания осуществляет одновременно восприятие идей, а не только внешних впечатлений. Постараемся выяснить, каким образом эти элементарные духи постигают идеи. Вот растение: оно растет и связано со всем внеземным мирозданием( см. рис.).

Рис.7

В определенное время года духовные потоки (лиловый) изливаются свыше из Космоса к цветку и плоду, затем  оттуда к корням, проникая внутрь почвы. Таким же образом, как мы открываем наши глаза навстречу свету, эти духи корней обращают свою способность восприятия навстречу тому, что просачивается к ним с вершины растений. То, что просачивается в землю, представляет собой дар света цветку, дар солнечного тепла растению, дар воздуха листве. Это также все, что звезды небосвода запечатлели в строении растений. Растение собирает все тайны Космоса, погружает их в почву, где гномы встречают их как небесную росу. После этого, а именно осенью и зимой, они разглашают эти тайны во время своих блужданий внутри минералов и скал. Как маленькие миссионеры в лоне Земли, они возвещают Тайны Космоса. Там, наверху, обширный мир построен всемирным разумом, космическими идеями. Гномы получают эти идеи через посредство растений, являющихся для них тем же, что для нас свет, и они переносят полноту их смысла во внутреннее Земли — от камня к камню, от одного металла к другому.

Погрузимся взглядом в эти темные слои, но не для дого, чтобы искать в них совершенно абстрактное и механистическое отражение законов природы, а чтобы увидеть там гномов, этих вечных странников, хранителей космической мудрости в лоне Земли. Они мгновенно познают то, что видят. Видеть и познавать —для них это одно и то же. Они преимущественно разумные существа, они — сам разум, и этот разум в некотором отношении похож на человеческий, но он универсален. Поэтому гномы считают человеческий разум несовершенным, недоделанным. Они над ним потешаются. Они насмехаются над нашим способом понимания — таким натужным и недалеким. Сколько борьбы и труда, чтобы постичь крупицу истины! Гномы созерцают всю её целиком, у них нет необходимости размышлять. Всем, что по природе является рациональным, они овладевают немедленно и полностью. "Как же это возможно, — думают они, — тратить столько труда на размышления! Для понимания достаточно посмотреть — на что смотришь, то и понимаешь. Какие же недоумки эти люди: им, прежде чем понять, надо еще и пораскинуть мозгами!"

Свою иронию по поводу человеческой логики гномы доводят, можно сказать, до неприличия. Что за ненужная роскошь — человеческая мысль? Мысли находятся здесь; идеи струятся посредством растений. Чтобы узнать, что говорит Солнце, людям достаточно только сунуть свой нос в Землю на уровне корней. Тогда они смогли бы кое-что узнать! Но то, что люди называют логикой, — так думают гномы, — помогает добыть только отдельные крупицы истины.

Гномы являются носителями идей мироздания, идей Космоса в лоне Земли. Но Землю саму по себе эти маленькие духи совершенно не любят. Они проносятся по ней гудящим от переполненности идеями роем, но они ненавидят, по существу, земной элемент. Они горячо желают вырваться из него, ибо обитают в нем как пленники (мы увидим сейчас — почему). В их глазах земной элемент представляется вечной опасностью, без конца угрожающей похитить у них их собственную форму и навязать им другую, от которой они приходят в ужас. Это форма амфибий, а именно жаб и лягушек, о которых я говорил в своей последней лекции. У гномов есть чувство, что если они позволят Земле слишком сильно привязать их к себе, то они трансформируются в жаб и лягушек. Они постоянно начеку, в стараниях разрушить намерения земной силы и уйти из-под власти окружающих их элементов. Гномы находятся главным образом во влажной почве, и именно там им угрожает метаморфоза в амфибий. Они без конца спасаются бегством, наполняя себя идеями, пришедшими из сверхземного, то есть из Космоса. Собственно говоря, в подземном мире гномы являются представителями надземного света и должны остерегаться слишком тесного слияния с самой Землей. Только благодаря этому чувству антипатии и ненависти к земному гномы приобретают силу выталкивать растения из области земных сил. Вся глубокая энергия их существа восстает против земных сил, и именно эта сила отталкивания определяет направление роста растений, их стремление расти вверх. Гномы увлекают растения за собой. Антипатия гномов к земному элементу — причина того, что растения только своими корнями пребывают в царстве земного, а в остальном отрываются от земного, так что, собственно, гномы вопреки изначальной природе растений отрывают их от земли и заставляют расти вверх.  

Теперь, когда растение таким образом выросло, покинуло подземное царство гномов и земную влажность, которая является местом их пребывания, оно вступает в новую среду: во влажность воздуха. Тогда в физическом мире появляется то, что называют листьями. Листья относятся к совершенно другому элементарному миру. В нем обитают существа, сильно отличающиеся от гномов. Назовем их духами воды. Инстинктивное древнее ясновидение давало разные наименования этим духам жидкого элемента; в том числе их называли и ундинами. Так же, как вокруг корней бесконечно движение гномов, сообщающих растениям порыв ввысь, так и в области листьев можно заметить присутствие элементарных существ, связанных с водою, — ундин. Их внутренняя природа не похожа на природу гномов. Они не могут послужить органами чувств, своего рода духовными органами чувств для Космоса. Они могут только пассивно отдаваться жизни и активности мироздания, проявляющимся во влажности окружающего их воздуха. В отличие от гномов, они не мыслящие духи. Они без конца грезят, и их грезы одновременно являются их формой. У них нет ненависти к Земле, как у гномов, но они восприимчивы ко всему, что от нее исходит. Они живут в эфирном элементе, являющемся основой воды. Они погружаются в него,  они плавают в нем. Они особенно чувствительны к форме рыбы, так как им постоянно угрожает превращение в рыбу. Случается, что они претерпевают это превращение и на короткое время заимствуют эту животную форму, но только для того, чтобы тотчас же от нее освободиться. Их жизнь протекает в грезах, и грезя, они соединяют и разъединяют, комбинируют и разделяют элементы, составляющие полный влажности воздух, таинственными путями приносят их листьям, то есть той части растения, которую гномы вытолкнули наружу.( См. рис.: белое). Эта часть растения засохла бы, если бы ундины не приближались к ней со всех сторон и если бы, пребывая в своих грезах, они не представляли собой силу, действующую во всех химических превращениях мира природы. Ундины грезят, и в грезах они осуществляют ассоциацию и диссоциацию субстанций. Растения живут в этих грезах ундин, врастают в них, когда покидают почву земли в своем вертикальном устремлении: ведь грезы ундин — это мировой химизм, который осуществляет в растении, начиная с листвы, этот процесс соединения и разъединения веществ. Мы можем сказать, что ундины — химики растительного мира. Их грезы и являются химией. У них деликатная и хрупкая духовность, собственная среда которой расположена там, где соприкасаются воздух и вода. Конечно, они живут в воде, но больше всего им нравится пребывать на поверхности воды, будь то хотя бы поверхность капли воды или какой-либо другой жидкости. Все их усилия направлены на то, чтобы предохранить себя от превращения в рыбу, которое подстерегает их в воде. Они стремятся сохранить свою исключительную переменчивость и ничего так сильно не опасаются, как оказаться закрепленными в постоянном облике. Истинные Протеи жидкого элемента, мечтая о звездах и солнце, о свете и тепле, они действуют как химики и осуществляют в листьях превращение веществ. 

Растение, которое вырастает таким образом (см. рис.), таинственно сливаясь с грезами ундин, вступает в новую область — область духов воздуха и тепла.  Вспомним, что гномы действуют во влажности почвы, ундины — во влажности воздуха. Элементарные духи,к  которым мы теперь подошли, действуют в теплоте воздуха. Древнее инстинктивное ясновидение называло их сильфами. Воздух со всех сторон пронизан светом, и сильфы, настоящей средой которых являетсявоздух и тепло, из всех своих сил тянутся к свету и до некоторой степени сродни ему. Они исключительно чувствительны к тонким по природе, но широкого размаха изменениям и движениям, которые происходят внутри атмосферы.

Когда весной или осенью ласточки своим полетом бороздят воздух и распространяют мощные вибрации, то вызванный ими воздушный поток, исходящий от каждой птицы в отдельности, воспринимается сильфами как звучание. Они слышат космическую музыку. И когда на море чайки играют в своем полете вокруг корабля, то из этого полета доносится духовное звучание, духовная музыка, которая сопровождает плывущий корабль.

Сильфы живут в этих звуках. Колебания воздуха — их родина. Поглощая духовные звучания, производимые воздушными потоками, они пропитываются силами света — всем тем, что свет передает таким образом воздуху. И сильфы, более или менее погруженные в полусон, хорошо себя чувствуют в соседствес летающими птицами. Когда они оказываются в воздушном пространстве, лишенном птиц, им начинает чего-то недоставать, они чувствуют себя как бы потерянными. Вид летящей птицы вызывает в сильфе особенные чувства..

Я часто описывал то уникальное мгновение в человеческом существовании, когда в первый раз ребёнок говорит о себе: "Я". По этому поводу я цитировал знаменитое изречение Жан-Поля [ Жан-Поль. Правда из жизни Поля. История детства, рассказанная им самим. — Бреслау, 1826—1828: Тетрадь 1, с. 53] о том, что рождение самосознания сродни вхождению в святая святых собственной души. Сильф не может таким же образом заглянуть в скрытое святилище своего собственного существа. Но когда он видит птицу, рассекающую воздух, то он испытывает чувство, близко напоминающее пробуждение самости, или "Я", в человеке. Оттого, что сильф возжигает свое "Я" от внешнего мира, он может стать носителем космической любви в воздушном пространстве. И сильф является одновременно носителем любовных желаний во Вселенной, ибо в нем живет что-то вроде человеческих страстей, хотя свое "Я" он обретает не внутри себя, а в мире птиц.

В этом источник симпатии сильфа к миру птиц. Гном ненавидит мир амфибий. Ундина настороженно относится к миру рыб, она его опасается и в страхе бежит от него. Сильф же, наоборот, ищет птиц. Он чувствует себя хорошо, когда до него доносится звучание воздуха, производимое оперением летящей птицы. Если бы птицу спросили, кто научил ее петь, она бы ответила, что ее вдохновил сильф. Сильфу очень нравится вид птицы, но космический порядок запрещает ему самому стать птицей, так как у него другое предназначение. Он должен нести растениям не только свет, но и любовь.( См. рис.: серый и красный.) Если ундина является химиком растительного мира, то сильф несет ему свет. Он пронизывает растение светом.

В результате получается нечто совершенно особенное. Свет в растении — это сила сильфа. Он присоединяется к химическим силам, приносимым ундинами.( См. рис.: красное.) Из этого контакта рождается исключительно гибкая и пластическая активность. Вещества в растении поднимаются, обрабатываются ундинами и затем преобразуются сильфами с помощью света. Таким образом сильфы строят идеальную форму растения. Из света с помощью ундин они в растении ткут прарастение. Когда осенью растение увядает и все его материальные части распадаются, его идеальная форма опускается в почву: это и есть тот вид духовной росы, которую получают гномы, как это было уже сказано ранее. Тогда гномы могут воспринимать все то, что Космос осуществил в растении — все, что в него вложили сильфы, то есть Солнце, и то, что вложили ундины, то есть воздух. Гномы в лоне Земли в течение всей зимы заняты созерцанием того, что таким образом просачивается к ним из вышнего мира. Они постигают в это время космические идеи в виде идеальных растительных форм, пластически созданных при помощи сильфов и в своем духовно-идейном обличий опустившихся в земную почву.

Большинство людей ничего не знают об этой духовно- идеальной форме растений [См.: Штайнер Р. Драмы-Мистерии ("Пробуждение душ", картина вторая: духовный хор гномов, духовный хор сильфов).], так как они видят в них только материальные создания. Вот почему в научной ботанике встречаются серьезные ошибки, страшные заблуждения. Я кратко укажу на одну из этих ошибок: так называемое "оплодотворение растений".

Согласно современному учению материалистической науки, растение пускает корень в почву, затем развиваются стебель и листья, и в последнюю очередь — цветок. В цветке находятся тычинки и пестик. Преподают, как общее правило, что пыльца от одного цветка оплодотворяет пестик другого и в результате формируется семя нового растения. Так преподают всюду. Считается, что пестик — это некоторый вид женского элемента, в то время как пыльца на тычинках — мужской элемент. Приверженцы материалистической концепции не способны составить себе другое представление об этом явлении, так как с материалистической точки зрения оно имеет вид оплодотворения. Но это не так. Для того чтобы действительно понять механизм оплодотворения, размножения в растительном мире, надо проанализировать форму растения — эту идеальную форму, которая является результатом совместной работы сильфов и ундин. Она погружается в Землю, и гномы стоят вокруг нее на страже. Эта растительная форма находится в подземном мире, гномы созерцают и охраняют ее. И  Земля становится материнским лоном, которое заключает в себе такие идеальные формы. Это совершенно не то, о чем нам говорит материалистическая наука.

Рис. 8

Здесь наверху (см. рис.) растение, которое пересекло сферу сильфов и вышло в сферу духов огня (саламандр).  Эти духи огня, обитающие в сияющем тепле, собирают  земное тепло, когда оно достигает своей высшей ступени или своего самого тонкого качества. Так же, как  сильфы собирают свет, духи огня, или саламандры, собирают тепло и несут его к чашечке цветка.  

Ундины передают растению воздействия химического эфира, сильфы — эфира светового, саламандры передают цветам воздействия теплового эфира. А зернышки пыльцы на самом деле являются крошечными воздушными корабликами, на которых духи огня и переносят тепло к пестику растения. Везде, во всех цветках, тычинки аккумулируют тепло, которое посредством пыльцы переносится к пестику растения. То, что формируется после этого в пестике, является, по существу, мужским. Это то, что пришло из Космоса. Ошибочно рассматривать пестик как женский принцип, а пыльцу тычинок — как мужской! В самом цветке не происходит никакого оплодотворения, там подготавливается только мужское семя. Оплодотворяющим является привнесение заимствованного духами огня из мирового тепла вселенского принципа мужского семени в цветке растения к женскому принципу, который (из описанного генезиса растения) уже раньше просочился в земную почву и покоился в ней. Для растения земля действительно мать, а небо — отец. То, что происходит на поверхности Земли, никогда не несет материнского начала. Поэтому материнский принцип не может ни в коем случае присутствовать в пестике. В нем остается только отцовский принцип, привнесенный из Космоса саламандрами. А материнский принцип — идеальная форма растения, как мы уже говорили, покоится в земле. Его физическое местопребывание — камбий, мягкая часть стебля между древесиной и корой. Истинное оплодотворение совершается благодаря взаимодействию гномов и саламандр. В размножении, происходящем в растительном мире, гномы играют роль духовных повивальных бабок. Оплодотворение происходит зимой под поверхностью почвы, когда зерно погружается в землю и встречает там идеальную форму, которую гномы восприняли от сильфов и ундин и перенесли туда.

Вы видите: если не признавать духовную сторону вещей, если не ведать об активности элементарных духов, которая все время переплетается с ростом растений, то можно прийти к чудовищным ошибкам. Я повторяю, что вне лона Земли нет растительного оплодотворения.Для растения земля — это мать, а небо — отец. Это надо понимать в буквальном смысле слова. Оплодотворение растений совершается благодаря тому, что гномы получают космическое тепло, которое духи огня (саламандры) внесли в пестик посредством зернышек пыльцы — маленьких воздушных корабликов, переносящих эссенцию космического тепла. Духи огня действительно являются носителями тепла.

Теперь мы можем подвести краткий итог всему процессу роста растений. Прежде всего гномы, обогащенные тем, что им дали духи огня (саламандры), оживляют растение в подземном мире и толкают его кверху. Они — питатели жизни. Они снабжают корень жизненным эфиром — тем жизненным эфиром, который составляет их собственный элемент. Затем ундины приносят растению химический, сильфы — световой эфир, а саламандры — эфир тепловой. После этого плод теплового эфира соединяется в подземном мире с жизненным эфиром. Понять растение можно, только рассматривая его во взаимосвязи со всем, что живет и действует вокруг него. И самые важные процессы растительной жизни нельзя истолковать, не проникая духовно в эти тайны.

С этой точки зрения, очень интересно перечитать некоторые места из сочинений Гёте, где он изливает одному своему другу-ботанику свой гнев по поводу того, что люди не могут заниматься растениями, не говоря при этом о "непрерывных свадьбах".[Ср. Гёте В. Влечение. Опыление. Испарение. Орошение. Естественнонаучные сочинения Гёте. Том I.]  Гёте, созерцая  цветущий луг, не видел в нем арену этих предполагаемых свадеб. Эта идея его шокировала, она казалась ему не соответствующей природе вещей. Все же для него это было только интуитивной уверенностью. Он не мог знать, какой была на самом деле духовная реальность этого явления. Он ощущал, что в венчике цветка не могло быть полного оплодотворения, хотя и не знал, что происходит в глубине почвы, и о том, что земля является действительным материнским лоном растений.

Только на основе интуиции, он отказывался принимать современные ему утверждения ботаников, угадывая, что явление, описываемое ими как оплодотворение растений, в действительности таковым не является. Теперь вы могли заметить ту тесную связь, которая соединяет Землю и растения. Но я обращу ваше внимание еще на одно дополнительное обстоятельство.

Когда саламандры (духи огня) кружатся в воздухе, в особенности когда они переносят с тычинок пыльцу, они воодушевлены интенсивным чувством, еще большим, чем то, которое приводит в движение сильфов. Эти последние ощущают свое "Я", созерцая полет птиц. Духи огня (саламандры) ощущают нечто подобное, но многократно усиленное, по отношению к бабочкам и всем насекомым. Они любят сопровождать их по пятам. Это помогает им передавать тепло пестику растений. Для того, чтобы осуществить соединение эссенции тепла, который должен погрузиться в почву, и пребывающей в нем идеальной формы растения, они вступают в союз с бабочками и насекомыми и ощущают внутреннее сродство с ними. Бороздя воздух, они устремляются от цветка к цветку по следам насекомых. Если взглядом следить за бабочкой или насекомым, то можно ощутить, что его аура является чем-то совершенно исключительным. Ее нельзя объяснить свойствами самого насекомого. Например, у пчелы аура светлая и сияющая, чудесно сверкающая, можно сказать ослепительная. Это невозможно объяснить, если не замечаешь, что пчелу повсюду сопровождает дух огня (саламандра), который чувствует себя настолько ей сродни, что для духовного взора она предстает окруженной со всех сторон некоей аурой, которая и есть дух огня. Когда пчела перелетает с цветка на цветок, с дерева на дерево, она переносит с собой некую ауру, которая дарована ей духом огня. Дух огня не просто ощущает свое "Я" в присутствии насекомых — он хотел бы полностью слиться с ними. Именно так получили насекомые ту удивительную силу, о которой я вам уже рассказывал: способность блистать в духовном Космосе. Они могут до конца одухотворить ту физическую материю, которая им дана, и заставить ее излучаться в мировое пространство. И как накопление тепла предшествует возгоранию пламени, так и сияние, распространяющееся от насекомых в мировое пространство, привлекает душу человека, когда ей назначено вступить в новое физическое воплощение [Ср. восьмую картину из драмы-Мистерии "Пробуждение душ"]; и насекомые (см. рис.: красный и желтый) — это существа, призванные к этому деянию самим Космосом, через обволакивающих их духов огня.

Рис.9С одной стороны, духи огня постоянно трудятся, чтобы эта одухотворенная материя излучалась в Космос, а с другой стороны, они работают над тем, чтобы концентрированный огонь, концентрированное тепло проникли внутрь Земли, дабы пробудить с помощью гномов ту духовную форму растений, которая просочилась от сильфов и ундин в Землю.

Таков духовный цикл растительной жизни. Человек смутно, на уровне подсознания, предчувствует, что зеленое цветущее растение заключают в себе тайну. Эту тайну он обычно не может разгадать. Расколоть твердый орех тайны — вовсе не сдувать цветную пыльцу с крыльев бабочки! Наоборот, то, что удивляет и очаровывает в растительном мире, предстает еще более чудесным, когда за физическим планом обнаруживается такая сложная, исполненная мысли работа гномов, занятых выталкиванием растений из земли. В той  же мере, как человеческий разум ускользает от законов тяжести, как человек несет свою голову на плечах без усилия, точно она ничего не весит, так и сияющая интеллектуальность гномов преодолевает земные силы и заставляет растение подниматься. Гномы внизу, и они пробуждают жизнь. Но жизнь не могла бы существовать, если бы ее питание не поддерживалось химически. Эту поддержку осуществляют ундины. Затем нужен свет, и его дарят сильфы.

Здесь, внизу, в сине-черном, мы видим тяжесть (см.  рис), которой гномы дают толчок в противоположном  направлении, а вокруг, точно роем окружая растение,  там, где мы видим листья, находятся силы ундин,   связывающих и разделяющих субстанции. 

Рис.10 Сверху, из царства сильфов, спускается свет, формирующий в растении пластическую форму, которая в идеальном облике вновь опускается в материнское лоно Земли. И еще растение окружено духами огня (саламандрами), сконцентрировавшими в крохотном семени космическую теплоту. Эта теплота вместе с силой семени передается гномам, которые заставляют растение, полученное из сферы огня и жизни, вырастать из земли.                                     

Вы уже видели, что Земля обязана своей силой вытеснения, своей плотностью той антипатии, которую испытывают гномы и ундины по отношению к миру амфибий и миру рыб. Именно плотность Земли является причиной этой самой антипатии, благодаря которой гномы и ундины остаются тем, что они есть. Наоборот, свет и тепло, спускающиеся к Земле, являются выражением одушевляющих сильфов симпатии и любви; они проносят эти чувства через воздушное пространство. Точно так же пламенный порыв и желание пожертвовать собою воодушевляют духов огня (Саламандр). Над землей срастаются земная плотность, земной магнетизм, земная тяжесть в их восходящей вертикальной устремленности и нисходящие силы любви  и жертвенности. И в этом взаимопроникновении противопоставленных сил любви и жертвенности и сил плотности, тяжести и магнетизма, в их взаимодействии, на почве земли — арене их пересечения — развивается растительный мир, это внешнее выражение всемирной любви, всемирной жертвенности, всемирной тяжести и всемирного магнетизма. Вот так в действительности обстоит дело, вот то, что мы предощущаем, когда наслаждаемся очарованием и свежестью мира растений. Мы в состоянии их понять, только если умеем перекидывать мост между физической видимостью (чувственным миром) и духовной реальностью (миром сверхчувственным). Это помогает нам в то же время исправить капитальную ошибку материалистической ботаники, которая называет оплодотворением то, что происходит на верхушке растения, в цветке. То, что происходит в этой области, — не оплодотворение, а приготовление космического семени, исключительно мужского, предназначенного для будущего растения, зародыш которого содержится в материнском лоне Земли.



Назад       Далее      

  Рейтинг SunHome.ru