RUDOLF-STEINER.RU

Библиотека
антропософского движения
   
Главная

Каталог ПCC Р. Штейнера (GA)

Человек как единое звучание творящих мировых Слов GA_230

Восьмая лекция

Дорнах, 3 ноября 1923 года

Вчера я говорил вам о другой стороне природы, о невидимых сверхчувственных существах, сопровождающих чувственные и видимые явления. Древнее инстинктивное ясновидение воспринимало этих существ так же ясно, как и существ, имеющих физическое тело. В наши дни они, так сказать, удалились от людских взоров.

Но если мы не видим народец гномов, ундин, сильфов и саламандр (духов огня) так же отчетливо, как представителей животного или растительного царства, то вызвано это только той метаморфозой, которую претерпел сам человек за время своего развития. На данной стадии он может развертывать жизнь своей души и духа на Земле только с помощью физического и эфирного тела. Для раскрытия своей души он не может обойтись ни без эфирного, ни без физического тела. Физическое тело предоставляетдля жизни духа те инструменты, в которых он нуждается (органы внешних чувств), но оно не может вступить в контакт со сверхчувственными существами, составляющими основу чувственного мира. То же самое относится и к эфирному телу, которое необходимо для деятельности души. Поэтому добрая половина нашего земного окружения ускользает от нас, и мы перестали непосредственно воспринимать мир элементарных духов. Физическое и эфирное восприятие их не достигает. Мы постараемся составить более точные представления о том, что ускользает таким образом от человеческого понимания.

На самой низкой ступени животной жизни находится огромное количество малоразвитых существ — на данное время низших существ, — состоящих в основном из мягкой и желеобразной массы. Эти существа обитают в жидком элементе, в котором они сформировались. У них нет ни скелета, ни чего-либо твердого, поддерживающего их тело изнутри. Это — часть поздних творений Земли. Они только теперь, на уже развившейся Земле, осуществляют то, что человек — предок всех земных существ — мог осуществить на древнем Сатурне в то время, когда образовывалась его голова. Вот почему эти существа не могут достигнуть отвердения внутри своего тела и остаются беспозвоночными.

Гномы являются существами, которые во внешней природе духовным образом дополняют то, чего не достает этим беспозвоночным, мир которых простирается от самых рудиментарных организмов вплоть до амфибий и рыб (у этих последних сформирован только эскиз скелета). Благодаря гномам этот необъятный род примитивных форм приобретает завершенность.

В нашем мире связи, объединяющие одни существа с другими, очень разнообразны по своей природе. Между гномами и низшими животными существует антипатия. Гномы непрестанно стремятся обезопасить себя от превращения в эти животные формы. Я уже говорил вам, что гномы исключительно смышленые и сообразительные существа. Способность разумения дана им одновременно с восприятием. Благодаря этому они во всех отношениях являются противоположностью беспозвоночных. Они играют важную роль и в прорастании растений (о чем я вам говорил вчера), поскольку восполняют и завершают их. Они добавляют к этим низшим творениям то, чего им не хватает.

Итак, беспозвоночные имеют только смутное сознание. У гномов, наоборот, самое ясное сознание, которое только существует. У беспозвоночных нет скелета;  гномы, можно сказать, концентрируют силу гравитации [ Букв.: "связывают воедино, если так можно выразиться, все, что присутствует в силе тяжести". Wichtelmann (корень wicht, Gewicht— "вес")— гном, карлик, домовой. На русском языке: игра слов "видный" и "дородный" (обращать внимание — иметь вес). —Примеч. перев.], чтобы строить из нее свое тело. Их тело целиком состоит из текучей, переменчивой незримой силы тяжести и подвержено постоянному распадению, потере собственной субстанции, поэтому гномы вынуждены его постоянно воссоздавать при помощи сил тяжести. Чтобы спасти свое собственное существование, они постоянно должны быть на страже. Ни одно земное существо не проявляет столько внимания к окружающему, как гномы. Они наблюдают и замечают все. Им надо все видеть, все знать, чтобы спасти свою жизнь; им постоянно надо быть начеку. Если бы они хоть на минуту задремали, как это случается с людьми, тодля них это окончилось бы гибелью.

В немецком языке есть очень старая поговорка: "Быть на страже, как кобольд". Но кобольды — это гномы. Когда кого-либо хотят призвать к бдительности, ему говорят: "Будь внимателен, как гном". И правда, гномы исключительно внимательны, и если посадить гнома за первую парту в классе, то он стал бы прекрасным примером для учеников.

У гномов есть еще одно качество — это почти непреодолимый инстинкт независимости и свободы. Они очень мало заняты друг другом, их внимание обращено только на внешний мир. Гном почти не интересуется другими гномами, его интересует исключительно окружающее. Как я вам уже говорил, наше тело мешает нам воспринимать этот маленький народец. В тот момент, когда это препятствие устраняется, элементарные существа становятся такими же видимыми, как и все другие в природе. Тот, кто в полном сознании проходит через фазу засыпания, предшествующую сну, знакомится с гномами. Вспомните, что я писал когда-то в "Гётеануме" о сновидениях [ Штайнер Р. Идея Гетеанума на фоне современного кризиса культуры. Сборник статей из еженедельника "Гётеапум" с 1921 по 1925 гг.] . Сон, каким мы его знаем в обыденном сознании, не предстает в своей истинной форме, но скрывается под маской. Фаза засыпания тоже скрывается под маской. Мы не можем быстро освободиться от реминисценций всего, что мы пережили в течение дня в обычном сознании, а также от воздействия наших внутренних органов, которые во сне принимают иногда символический вид: сердце превращается, например, в пылающую печь, легкие становятся крыльями и т.д. Но все это маски. Если бы мы могли видеть наши сны лишенными всяких масок и войти в сон так, чтобы существа, которые в нем находятся, не замаскировывались, то мы заметили бы целую вереницу гномов и домовых, которые в это мгновение выступают нам навстречу.

Лучше, когда человек в своей повседневной жизни бывает защищен от неожиданной встречи с этими существами, потому что они могут его испугать. Ибо фигуры, которые он встречает, — это верные отображения сил разрушения, которые человек несет в себе. Человек воспринял бы все то, что его непрестанно разрушает и уничтожает. А гномы, если бы человек увидел их без подготовки, показались бы ему символами смерти. Не будучи заранее предупрежденным, не поняв их сначала обычным рассудком, человек испытал бы необычайный ужас. Гномы приступают к человеку во время засыпания и как бы погребают его: ведь процесс засыпания напоминает своего рода погребение, но только в лоне астрального мира. Ибо со стороны высшего мира действия, производимые гномами во время засыпания, выглядят как своего рода погребение.

Но это относится только к фазе засыпания. Чувственный мир восполняют и другие элементарные духи, в частности ундины, или духи воды. Эти текучие существа, вечно изменяющиеся, живут в воде так же, как гномы живут в земле. Мы уже видели, какую роль ундины играют в жизни растений, но они играют важную роль и в жизни животного мира, они тоже его дополняют. Они связаны с животными, немного более продвинутыми на пути эволюции, чем те, о которых мы только что говорили, упоминая о гномах: с животными, у которых земное тело более оформлено. Эти животные, составляющие переход к более развитым видам рыб и амфибий, снабжены чешуей или очень твердым панцирем. Они могут жить только под защитой прочной оболочки. Силы, дающие определенным животным, вроде насекомых, такой вид защиты, который можно назвать внешним скелетом, — это силы ундин. Гномы духовно поддерживают животных, стоящих на самой низшей ступени развития. Но животные, которым для защиты необходим панцирь, должны обращаться за помощью к ундинам: те даруют им, хотя и самым примитивным образом, эквивалент нашей черепной коробки. Они, так сказать, доводят каждое из этих созданий до уровня головы. Ундины пребывают по ту сторону зримого мира, выполняя масштабные задачи в мировом порядке. Вы это легко заметите. Когда надо объяснить природное явление, подобное тому, о котором идет речь, материалистическая наука от этого уклоняется. Она не в состоянии, например, объяснить, каким образом мягкие и желеобразные животные, плотность тела которых едва превышает плотность окружающей среды, могут двигаться в этой среде, ибо наука эта не знает, что их духовно поддерживают гномы. С другой стороны, феномен появления у некоторых животных панцирей причиняет материалистической науке очень много трудностей. Она не знает, что это ундины, чуткие к опасности превращения в низших животных, постоянно излучают то, из чего строятся панцири, чешуя, раковины, защищающие этих полуразвитых животных.

Относительно ундин можно только повторить сказанное выше: при современном состоянии человеческого сознания их нельзя обнаружить, потому что этому мешает тело. Иначе они были бы видимы так же хорошо, как листья растений или животные.

Но если человек не погружается в глубокий сон без сновидений, а благодаря дару инспирации обретает способность видеть сквозь этот сон, тогда из того астрального океана, в который гномы в момент засыпания его, так сказать, погребли, перед его духовным взором всплывают ундины. Они видимы во время глубокого сна. Такой сон полностью гасит обычное сознание, но сознание, озаряемое инспирацией, воспринимает чудесный мир динамики текучего в его бесконечных превращениях. Так же, как дневное сознание показывает нам окружающие нас предметы с четкими и определенными контурами, так и просветленное ночное сознание открывает нам панораму этих переливающихся и изменчивых существ. Это грандиозный водоворот, бесконечно бушующие волны, непрестанный прилив и отлив. Этим заполнен весь наш глубокий сон, он целиком состоит из этого живого и подвижного моря живых существ, которое действительно нас окружает и которое является миром ундин.

С сильфами дело обстоит несколько иначе. Они тоже дополняют и завершают некоторую часть животного мира, но только с другой стороны. Можно сказать, что гномы и ундины прибавляют головной элемент тем животным, которые в этом нуждаются. Птицы, как я вам говорил, представляют, по сути, автономную голову; они всецело представляют собой организацию головы. Сильфы духовно дают миру птиц то, чего им не хватает: туловище, то, что у человека соответствует системе обмена веществ и конечностям. Птицы летают, а их лапки как бы атрофированы. У сильфов же, наоборот, хорошо сформированные конечности. Сохраняя все пропорции, они представляют в самой глубине воздушного океана тот элемент, который корова воплощает внизу, в физической материи. Вот почему можно сказать, что "Я" сильфов, то, что привязывает их к Земле, находится в племени пернатых. Это человек приобретает на Земле свое "Я", а сильфов привязывают к Земле птицы. Сильфы обязаны крылатому племени возможностью иметь свое "Я" или, по крайней мере, осознавать свою самость.

После того, как человек всю ночь проспал, окруженный астральным морем ундин, принимающих тысячи форм, он просыпается. Фаза пробуждения — нечто совершенно особенное. Но и она тоже предстает перед обычным сознанием только под маской, она прикрывается реминисценциями нашей дневной жизни, органическими символами. Если бы мы могли пережить эту фазу в ее истинном виде, то мы бы оказались перед лицом сильфов. Но эти сильфы предстали бы нам в странном виде. Нам показалось бы, что Солнце хочет послать нам нечто, что как бы наваливается на человека, как бы духовно усыпляет его. Сейчас вы поймете, почему это так. Дело в том, что если бы человек мог воспринимать фазу пробуждения в незамаскирован ном виде, во всей ее чистоте, то в него вторгся бы реющий свет, причем свет олицетворенный. У этого переживания была бы одна довольно неприятная сторона, потому что конечности сильфов как бы обвивают, оплетают человека. Ему некуда скрыться от света, который его раздражает. Кое-где в теле свет, возможно, будет восприниматься как покалывание иголок. Но я хочу вам указать, что во всех этих проявлениях свет осязательно приходит в реющей форме сильфов.

Перейдем теперь к духам огня, саламандрам. Они являются духовным дополнением летучего мира бабочек. Мы знаем, что бабочка мало развивает свое физическое тело, оставляя его насколько возможно бесплотным. Она — существо, сотканное из света. Саламандры, духи огня — те существа, которые дополняют и завершают бабочку. Если, с одной стороны, представить себе очень увеличенную физическую бабочку, а с другой стороны — саламандру, оба эти существа редко соединяются, кроме тех случаев, о которых я упоминал, — и если представить себе сплав этой бабочки и духа огня, то получится образ крылатого человека. Надо только придать бабочке нужные размеры и присоединить затем духа огня человеческой величины. Из сплава этих двух существ получится образ крылатого человеческого существа.

Это показывает нам, каким образом саламандры духовно дополняют бабочек, этих животных, столь близких к духовному миру. Они дополняют их в направлении сверху вниз.

Гномы и ундины дополняют низших животных в направлении снизу вверх, к голове. Сильфы и саламандры дополняют птиц и бабочек в направлении сверху вниз. Итак, духов огня надо соотносить с бабочками.

Как человек может проникнуть в тайну сновидений и сна, так же он может проникнуть и в дневное сознание, в состояние бодрствования. Но в этом состоянии человек очень грубо использует свое физическое тело. Я это тоже описывал в статьях в "Гётеануме". В этом состоянии человек обычно не достигает сознательного восприятия духов огня, его окружающих и находящихся в тесной связи с его мышлением, со всем, что исходит от организации его головы. Если же ему удается, оставаясь в состоянии бодрствования, в полном дневном сознании, все же выйти в некоторой степени из самого себя, то есть, оставаясь крепко привязанным к своему рассудку, обеими ногами прочно стоя на земле, при этом одновременно находиться вне себя самого — то есть быть внутри и вне себя (что означает умение рассматривать себя как воплощенную мысль), тогда человек видит, как духи огня созидают в мире тот элемент, восприятие которого делает доступной созерцанию оборотную сторону наших мыслей.

Итак, видение духов огня может привести человека к созерцанию себя как мыслящего существа; он перестает быть просто мыслящим, то есть производителем мысли: он видит себя мыслящего — со стороны, он видит, как мысли возникают и исчезают. В это мгновение мысли больше не связаны с человеком, они предстают как космические мысли. Это уже силы, которые действуют и живут в мироздании. Когда с человеком это происходит, он понимает, что иллюзию, будто наши мысли заключены в черепе, создает человеческая голова. В действительности они только отражаются в черепе, как в зеркале. В черепе находятся только их отражения. Истинная основа мыслей принадлежит к сфере духов огня. Когда человек проникает в эту сферу, то в мыслях он находит уже не свое "Я", а мыслительное содержание мироздания, которое в то же время является содержанием имагинативным. Итак, перенос сознания — это сила преодоления собственных границ, которая обнаруживает собственные мысли как мысли космические. То есть, когда земные события человек созерцает не изнутри своего тела, а из сферы духов огня (как бы с позиций сокрытого в Земле существа Сатурна), то он присутствует при картинах земной эволюции, которые воспроизведены в моем "Очерке тайноведения". "Очерк" скомпонован таким образом, что его идеи представляют мыслительное содержание мира, увиденное с определенных позиций — с точки зрения духов огня.

Все описанное выше имеет глубоко реальное значение, особенно для человека. Гномы и ундины живут в области мироздания, соседствующей с обычным сознанием человека. Они находятся по ту сторону Порога. Обычное сознание человека защищено от восприятия этих существ, потому что многие из них далеко не благожелательны. Некоторые из них полезны, как, например, те, которые помогают расти растениям. Но другие пагубны. В то мгновение, когда человек вторгается в их мир, он встречается как с добрыми, так и со злобными существами. Не всегда легко бывает их различить. Вы это сейчас увидите. Отправной точкой для такого различения может служить то, что благожелательные существа охотнее посвящают себя растительному и минеральному миру. Злые же стараются приблизиться к животному царству и к людям; но самые дурные из них захватывают также растительное и минеральное царства. Можно составить себе достаточное полное представление о зловредности этих существ, наблюдая тех из них, которые подступают к человеку и животным с тем, чтобы внести в них то, что волей высших иерархий было предназначено внести их доброжелательным собратьям в растительный и минеральный мир.

Некоторые из этих зловредных существ принадлежат к миру гномов и ундин. Их цель — физически осу ществить в человеке и животных то, что они должны были бы осуществить только в низших животных. У человека и высших животных присутствие этих пагубных существ провоцирует развитие паразитарных животных или растительных форм. Зловредные элементарные духи порождают паразитов, живущих за счет крови и тканей животного и человека. С того мгновения, как человек переходит Порог духовного мира, он сразу сталкивается с его хитросплетениями. Силки для него расставлены на каждом шагу, и хорошо, если он прислушается в такой момент к наставлениям кобольдов: быть всегда начеку! Вот этого-то в своем заблуждении не знают, например, спириты: всюду расставлены силки! Можно спросить: "Чему служат эти зловредные духи из царства гномов и из царства ундин, создающие животных и растительных паразитов?". Если бы не было этих зловредных духов, то человек никогда не обрел бы силу для создания вещества своего мозга, его массы. Здесь мы касаемся необычайно важной тайны.

Я коснусь ее в самых общих чертах: представьте себе человека с его тройственной организацией: с системой обмена веществ и конечностями; грудью и ритмической системой; и головой, нервной системой и органами внешних чувств.

Одни процессы происходят наверху, другие — внизу (ритмической системы мы пока не касаемся). Когда речь идет о процессах, которые происходят внизу, мы имеем в виду процессы выделения — будь то через почки или через кишечник, — процессы, которые, в общем, совершенно незаслуженно презирают. Существует истечение субстанции книзу. Мы привыкли видеть в этом простую секреторную деятельность. Но это не просто сепаратный процесс; в той же самой мере, в какой происходит удаление субстанции, в низшей области человека духовно появляется нечто, соответствующее тому, что в высшей области физически является мозгом. Происходящее в низших областях — это процесс, который в физическом развитии остановился на полдороге. И процесс выделения идет лишь потому, что устраняющая, выделяющая функция продолжает свою деятельность не физически, но духовно. Наверху же процесс доходит до конца, физически формируется то, что внизу остается в духовном состоянии. Наверху существует физический мозг, внизу — мозг духовный. Если продолжить процесс, происходящий внизу, если довести его до его последних метаморфоз, то под конец образуется то, что стало бы мозгом.

Мозговая масса является продуктом поздней стадии секреции. Этот биологический факт имеет важное медицинское значение, и врачи XVI—XVII веков еще прекрасно знали об этом. В наши дни относятся с презрением (и часто совершенно обоснованно) к той старой терапии, которая пользовала от болезней человеческими и животными экскрементами. Это происходит от незнания того факта, что содержащееся в экскрементах можно было бы назвать "мумией духовного". Само  собой разумеется, я не собираюсь восхвалять эту древнюю "дерьмовую" терапию и то, что сохранилось от нее в течение последних веков. Я только привлекаю ваше внимание к значительным истинам, связанным со всем, что я излагал.

По существу, мозг является высшей метаморфозой продуктов выделения. Это объясняет тесную связь между заболеваниями мозга и болезнями кишечника и корреляцию между выздоровлением мозга и выздоровлением кишечника.

Поскольку существуют гномы и ундины, поскольку существует мир, в котором эти существа живут, существуют также и силы, которые могут паразитировать на нижних частях человеческого организма, но именно эти силы, с другой стороны, позволяют выделениям в высших частях человеческого организма превращаться в мозг. Если бы не было гномов и ундин, мы никоим образом не могли бы обладать мозгом. То, что у гномов и ундин приобретает характер разрушительных сил (ведь разрушение, деструкция исходит опять-таки от мозга), то у сильфов и духов огня имеет конструктивный характер. По поводу двух последних групп элементарных существ можно сказать, что благими являются те из них, которые держатся вдали как от человека, так и от животных; они, как я говорил, заняты выращиванием растений. Но есть среди них и зловредные, которые привносят в область воды и земли то, что должно было бы пребывать наверху, в области воздуха и тепла.

Для того чтобы понять, что же происходит, когда, например, эти элементарные духи привносят в область земли-влаги то, что принадлежит к области тепла-воздуха, рассмотрим для наглядности какое-либо растение, например, белладонну. Белладонна — растение, цветок которого получил, если так можно выразиться, поцелуй сильфа. Поэтому то, что было благодетельным растительным соком, стало ядовитым.

Это растение — образец того, что можно назвать смещением сфер деятельности. Наверху, в космических областях, где свет является реально ощутимой субстанцией, где можно буквально осязать свет, а силы сильфов, как я уже говорил, способны обвивать, как плющ, там это закономерно, там это соответствует потребностям птиц. Но если сильф спускается ниже и применяет к миру растений в сфере земли-влаги то, что он должен был бы применять в высотах, тогда образуется необыкновенно ядовитый сок. Паразиты обязаны своим происхождением гномам и ундинам. Яды происходят от сильфов, по сути, яды — это небесное, погрязшее в земном. Человек и многие животные погибают, съев плод белладонны, похожий на вишню; его отличает то, что он запрятан в глубь своей зеленой чашечки, как бы запечатан в ней, так что даже по внешнему виду растения можно определить то, что я сейчас изложил. Но посмотрите, как с этим растением обходятся дрозды: эти птицы пожирают ягоды белладонны с полной безнаказанностью. Для них это лучшая пища на свете. Там она на своем месте.

Это поразительное явление: человек и четвероногие животные, привязанные к Земле своими низшими органами, воспринимают как яд испорченный сок белладонны, в то время как дрозды, живущие дарами сильфов (а благожелательные сильфы преподносят их без конца), великолепно переносят его даже в том случае, когда присущее верхним регионам — регионам птиц — смещено книзу. То, что является ядом для существ, подчиненных Земле, для них — пища.

Все это позволяет нам набросать общую картину активности гномов и ундин. Они порождают, используя силы Земли, целое племя паразитов, нападающих на других живых существ, в то время как яды как бы просачиваются из верхнего мира.

Когда духи огня проникаются силами, которые в чистом виде подобают миру бабочек (и которые нужны  бабочкам для их развития), и привносят эти силы в некоторые плоды, то образуется особый яд, например, в некоторых сортах миндаля. И вообще миндальный орех не смог бы образоваться, если бы благонамеренным образом теми же самыми духами огня не было сожжено то, что мы поедаем в других плодах. Рассмотрите внимательно миндаль. У других орехов в центре белое ядро, окруженное мякотью. У миндаля тоже имеется ядро, а "мякоть" вокруг него совершенно сожжена. Это работа духов огня. И здесь эта работа организована так, что производимое духами огня не просто проникает в коричневую скорлупу миндаля, что было бы еще доброкачественным, но нечто из того, что направлено на образование скорлупы, проникает в белое зерно миндаля, и тогда миндаль становится ядовитым.

Вы видите, как элементарные духи, находящиеся в непосредственном соседстве с Порогом, реализуя свои импульсы, производят паразитов, яды и, как следствие, — болезни. Вы видите также, что совершенно здоровый человек должен знать, до какой степени надо предохранять себя от окружающей его угрозы. Это связано с проявлениями деструктивности этих существ, которая, с другой стороны, должна участвовать в росте и расцвете природного, а также в его последующем разрушении.

Эти истины, знакомые древнему ясновидению, лежат в основе тех величественных интуиции, которые возникали у древних индусов, когда они говорили о Браме, Вишну и Шиве. Брама представляет обширную космическую сферу, которая может закономерно приближаться к человеку. Вишну — космическую активность, которая может присоединяться к человеку в той мере, в которой этот последний постоянно отбрасывает изношенное, в той мере, в какой он должен непрестанно преображаться. Шива представляет разрушительные силы. В отдаленные эпохи великой индусской цивилизации говорили: Брама сродни духам огня и сильфам, Вишну — сильфам и ундинам, Шива — ундинам и гномам. Эти повсеместно встречающиеся древние представления являются образным выражением тех тайн, которые в наши дни мы должны снова раскрыть, изучая природу.

Мы видели разнообразное сродство этого незримого племени элементарных духов с растительным царством, затем мы увидели его сродство с животным царством. Везде мы констатировали, что существа, находящиеся по ту сторону Порога, вмешиваются в явления и в создания, расположенные по эту его сторону, и наоборот. И только когда понимаешь живое взаимодействие этих двух видов существ, только тогда можно надеяться уловить смысл реального развития зримого мира. Для человека очень полезно знание о сверхчувственном мире, так как с того момента, как он переступает порог смерти, его окружает уже не чувственный мир; его мирозданием становится мир иной. На настоящей стадии своей эволюции человек не смог бы ориентироваться в этом другом мире, если бы он прежде во внешне видимом не изучил азбуку, которая потребуется ему в мире ином, если бы он уже не научился различать в животных земли, воды и воздуха и даже в животных света, которыми являются бабочки, язык элементарных духов, в сообществе которых он должен проводить жизнь между смертью и новым рождением. То, что мы воспринимаем из этих существ в продолжение нашей земной жизни, это только их грубая оболочка. Их истинную сверхчувственную природу мы узнаем только после перехода в духовный мир, при условии, что переносим туда наши способности рас познавания и понимания.



Назад       Далее      

  Рейтинг SunHome.ru