RUDOLF-STEINER.RU

Библиотека
антропософского движения
   
Главная

Каталог ПCC Р. Штейнера (GA)

Человек как единое звучание творящих мировых Слов GA_230

Девятая лекция

Дорнах, 4 ноября 1923 года

Существа чувственного мира познаются только тогда, когда наблюдаешь за их жизнью и привычками. То же можно сказать и о существах, о которых идет речь в этих лекциях: тех природных элементарных существах, которые незримо, сверхчувственно присутствуют по ту сторону физически-чувственного и в той же степени участвуют (по крайней мере, в высшем смысле этого слова) в мировых явлениях, что и чув ственно-физические существа.

Легко представить, что мироздание этим существам представляется совершенно иным, чем созданиям чувственного мира, так как вы уже видели, что у них нет физического тела, как у зримых созданий. То, что они знают о мироздании, то, что они в нем воспринимают, глубоко отличается от того, что видят, например, люди. Приведем пример: человек ощущает землю как твердое тело, по которому он ходит. Если в результате атмосферных изменений поверхность земли несколько размягчается, у человека возникает неприятное чувство. Он боится увязнуть в ней. Ему необходимо ощущать земную кору твердой и плотной.

Такое душевное переживание по отношение к Земле совершенно чуждо гномам. Они постоянно погружаются в Землю, и вся масса земного шара является для них просто полым пространством, повсюду проницаемым. У них ко всему свободный доступ. Скалы и металлы не являютсядля них препятствиями. Они без труда забредают или заплывают куда хотят. Нет слов, чтобы описать путешествия гномов в недрах  земли. У них есть внутреннее ощущение, внутреннее переживание различных ингредиентов земли. Их душевное состояние меняется в зависимости от того, продвигаются ли они по рудной жиле или, например, по известковому пласту. Все это гномы переживают внутренним чувством, они как бы пропитываются всем этим. Они не имеют ни малейшего представления, что существует Земля; но они представляют себе некое пространство, в лоне которого переживают разнообразные ощущения: ощущение золота, ощущение ртути, олова, серного колчедана, глины, гранита. Язык гномов выразил бы это гораздо точнее. Именно потому, что гном проводит свою жизнь, бродя по жилам, рудам, осадочным породам, он достигает исключительной интеллектуальности, о которой я уже говорил, это — универсальное знание. Все мироздание, каким оно является вовне, открывается гному в металлах и скалах, которые являются для него зеркалом всего, что происходит в Космосе. У него нет ни малейшего представления о Земле самой по себе, у него есть только меняющиеся оттенки внутренних переживаний, соответствующих различным подземным субстанциям.

С другой стороны, гном одарен необыкновенной восприимчивостью ко всему, что исходит от Луны. Луна — это планета, к которой он постоянно внимательно прислушивается. В этом отношении он хотя и не прирожденный неврастеник, но существо с благоприобретенной неврастенией. Для описания этого трудно найти подходящие слова. Для человека неврастения — болезнь, но для гнома она является жизненным элементом. Она совершенно не кажется ему болезнью, для него неврастения совершенно естественна. Именно она поддерживает его восприимчивость, его тонкую чувствительность к переменчивости лунных явлений. Он следит за этой переменчивостью с таким вниманием (я уже говорил об этой настороженной внимательности), что это даже проявляется в его внешности. Тот, кто ясновидчески наблюдает гномов, видит их совершенно иными в зависимости от фаз Луны — полнолуния, новолуния или промежуточных.

Во время полной Луны гномы чувствуют некоторый дискомфорт: физический свет этой планеты им неприятен, их ощущение бытия склоняется в сторону внешнего. Они облекаются своего рода духовной защитной оболочкой, при полнолунии они перемещают свое чувство бытия на периферию собственного тела. Если наблюдающий обладает имагинативным восприятием, он увидит в это время гномов превратившимися в маленьких сияющих рыцарей, покрытых доспехами, — это их способ защиты от неприятныхдля них лунных лучей. Но когда приближается новолуние, они претерпевают новое превращение и становятся, так сказать, прозрачными, чудесным образом текучими. Они превращаются в бесконечную игру красок и сияний. Они проходят сквозь целый мир превращений. Их вид можно сравнить с видом человеческого мозга, когда в него проникает взгляд ясновидящего — не как анатом в погоне за тканями и клетками, но как созерцающий, который видит, как внутри блистают и переливаются мысли; такими нам предстают гномы — маленькими прозрачными человечками, в которых отражается эта игра мыслей. Именно в новолуние они наиболее интересны для наблюдения. Каждый из них тогда несет целый мир, и можно сказать, что на самом деле этот мир заключает в себе тайны Луны.

Эти тайны Луны можно раскрыть. Занимаясь этим, можно прийти к примечательным результатам. Например, заметить, что Луна приближается к Земле. Не следует это слишком упрощать и представлять таким образом, что Луна скоро упадет на Землю. Луна на самом деле каждый год незаметно приближается к Земле. Ясновидящий замечает это благодаря все более активной игре, ведущейся силами молодой Луны в мире гномов. Что касается самих гномов, то они наблюдают за этим приближением Луны с напряженным вниманием. Они думают, что их миссия в мироздании состоит в извлечении из лунных событий наибольшей пользы. Поэтому они с огромной тревогой ожидают момента, когда Луна снова соединится с Землей, и собирают все свои силы в ожидании этого события. Тогда они предполагают утилизировать субстанцию Луны, чтобы с ее помощью разрушить и постепенно развеять в Космосе все вещества Земли, так как земной материи должно в свой срок исчезнуть.

Маленькие кобольды, которые ставят перед собой подобную задачу, очень ясно ощущают свою значимость для мироздания. Не накапливают ли они свой богатый опыт, не подготавливают ли они себя к рассеиванию в Космосе материи земного шара в предвидении рождения новой планеты, которая станет будущим Юпитером? Это они сохранят в структуре Земли то, что должно быть сохранено. И эту сохраненную костную основу они вживят новой формирующейся планете — Юпитеру.

Отвлечемся на некоторое время от активности гномов и представим себе, как выглядел бы земной шар, если бы из него исключили все водоемы: моря и океаны? Вы знаете, что в западном полушарии всё ориентировано с севера на юг, в то время как в полушарии восточном все ориентировано с востока на запад. Если удалить океаны и моря, то что останется? Америка с ее горами и тем, что лежит под водой, — все это направлено с севера на юг. Европа с цепью Альп, Карпат и т.д., подчиняется направлению с востока на запад. Представим себе эти противоположные направления пересекающимися в одной точке, и получим в результате крест в структуре Земли.

Рис.11

И если вникнуть в это, то можно понять: это творение гномов предшествующей эпохи — тех, которые жили на древней Луне. Эти предки наших современных гномов употребили опыт лунной эволюции и создали эту костную основу, эту прочную структуру земной коры. Она сформирована из всей совокупности их опыта. Так что на самом деле облик нашей твердой земли сформирован из опыта древних лунных гномов.

Вот какие выводы можно сделать при более глубоком изучении гномов. Можно обнаружить также очень интересные связи между их жизнью и всей космической эволюцией. Их роль, в общем, состоит в перенесении принципа твердого из одной стадии эволюции в следующую. Они — хранители непрерывности твердых структур. Они сохраняют и передают из одного мира в другой крепкий костяк, каркас. Самое интересное при этом изучении духовных существ сверхчувственного мира и специфики их задач заключается в том, что прежде всего получаешь представление о том, как все существа этого мира сотрудничают в формировании мира в целом.

Теперь перейдем к ундинам, духам воды. При их изучении сталкиваешься с примечательным явлением. У этих существ нет такой жажды жизни, как у людей, у них даже нет инстинкта самосохранения, который есть у каждого животного. Можно сказать, что у сильфов и ундин скорее есть желание умереть. В Космосе эти существа, действительно, подобны мошкам, бросающимся в пламя. Они словно впервые переживают полноту жизни только в момент смерти. Это очень любопытно, так как тут, в физическом мире, все хочет жить, ценится все полнокровное, жизнеспособное и цветущее. Но как только переступаешь Порог, то попадаешь в круг существ, утверждающих: "Смерть — вот настоящее начало жизни!". И они это действительно чувствуют. Возможно, вам приходилось слышать от бывалых мореходов, что Балтийское море принимает в июле, августе и сентябре очень характерный вид. В других, более западных морях, это начинается в июне. Море начинает "цвести", то есть на его поверхности появляется род пены, которая состоит из гниющих веществ, поднимающихся из глубин. Вода тогда имеет особый запах разложения.

Для ундин в этом феномене нет ничего отталкивающего. Наоборот, когда мириады крошечных водных существ и водорослей, загнивающих в морских глубинах, поднимаются на поверхность, вода для ундин начинает блестеть тысячами огней и переливаться тысячами красок, которые вызывают в них радость, невыразимое ликование. Это ощущается как великолепная игра. Море и изнутри, и извне кажется ундинам окрашенным сияющим синим, фиолетовым и зеленым цветом. Гниющая материя, заключающаяся в водах, порождает эту фосфоресценцию, которая от самого темного синего переходит к самому сияющему зеленому. Для ундин эти цвета — реальность, и сами они тоже пропитываются игрой окрашенных вод. Они их впитывают в прозрачность своей собственной телесности, сами становятся фосфоресцирующими и сверкают переливающимися цветами. И когда они пропитываются этой игрой цветов, когда они сами начинают фосфоресцировать, в них возникает томление, страшное желание вознестись, чтобы вечно носиться в эфирных сферах. Эта жгучая тоска толкает их к существам высших Иерархий: Ангелам, Архангелам и выше. Они становятся для этих существ земной пищей и испытывают от этого величайшее блаженство, так как их жизнь продолжается в лоне этих Иерархий.

Потрясающее зрелище, когда весной из неисповедимых глубин возникают все эти элементарные существа, которые принимают участие в произрастании и цветении, во всей жизни Земли. Затем, когда эта задача выполнена, они как бы разливаются в водах, они впитывают в свою телесность фосфоресценцию воды — этот плод разложения и гниения. И в гигантской, грандиозной картине мира открывается, как восставшие из земных вод, несомые ундинами цвета, которые по своей природе духовно субстанциальны, предоставляют пищу существам высших Иерархий, как Земля становится источником питаниядля высших Иерархий, отдавая себя им в пищу. Там ундины продолжают жить дальше, они как бы вступают в свое вечное бытие. Так каждый год происходит непрестанное восхождение этих существ, чье внутреннее порождено Землей, и они светятся страстным стремлением пред ложить себя в пищу высшим Иерархиям.

Перейдем теперь к сильфам. Бывает, что мы видим умирающих птиц. Я уже говорил, что на умирающих птиц возложена миссия перенести в высшие миры свою одухотворенную субстанцию, чтобы она не досталась земному миру. Но в этом птицам должны помочь посредники, и это сильфы. И действительно, птицы, умирая, непрестанно обновляют астральность атмосферы. Речь идет о несколько более низкой астральности, но все же об астральной субстанции. В этой астральной субстанции не то чтобы порхают, но, если на ваш слух это прозвучит более приемлемо, парят — парят сильфы. Они собирают исходящее от умирающих птиц и, так же как и ундины, томимые жгучей тоской, воз носят эту субстанцию к небесам, желая, чтобы их вдохнули в себя существа высших Иерархий. Они отдают себя этим существам и становятся тонкой субстанцией для их дыхания. Для ясновидящего и это является грандиозным зрелищем! В то время как птица испускает свой последний вздох, эта астральная субстанция, внутренне сияющая, переходит в воздух. Сильфы, как синие вспышки молний, проносятся по воздуху, впитывают эту астральность, которая исходит от птиц, и синее переходит сначала в зеленое, а затем в красное, после чего сильфы, как молнии, взмывают вверх. За ними можно проследить вплоть до границ пространства; там они становятся тонкой субстанцией, которую вдыхают высшие Иерархии.

Подводя итог, можно сказать: гномы переносят из одного мира в другой структуру Земли. Они двигаются горизонтально, параллельно эволюции (разумеется, это метафора). Ундины и сильфы возносят то, что ощущают как блаженство: возможность через самоуничтожение стать пищей, стать дыханием. Так они продолжают жить в высших Иерархиях и в этом ощущают вечность своего бытия.

Обратимся теперь к духам огня, саламандрам. Не стоит думать, что разноцветная пыльца на крылышках бабочки уничтожается после смерти этого маленького насекомого. Это вовсе не так. Тонкая пыльца на крыльях бабочки является высокоодухотворенной материей. Она воспаряет в тепловом эфире, который окружает земной шар, и каждая пылинка имеет вид крохотной кометы. Когда к концу теплого времени легкий мир бабочек приходит к концу, он начинает внутренним образом тлеть и сверкать. В это тление и сверкание вливаются духи огня и впитывают его в себя. Эта игра угасания и огня проникает в их существо и пробуждает томительную тоску. У саламандр тоже возникает непреодолимое желание вознести к небесам все, что они впитали в себя. И тогда можно видеть (я вам это уже описывал в другом разрезе), как принесенная  духами огня пыльца с крыльев бабочек мерцает и мерцание расходится в направлении мирового пространства. Но это не просто мерцание — это целые потоки, и именно они и привлекают к Земле взор высших Иерархий. Собственно говоря, именно это дает духам высших Иерархий возможность взглянуть на Землю. Эти духи обращают свой взгляд к Земле, и они видят главным образом свет, исходящий от бабочек и насекомых, — свет, который является субстанцией, вознесенной духами огня. Эти последние испытывают возвышенное наслаждение, чувствуя, что предстают взору Духов Высот, и зная, что они восприняты ими. Они предстают перед этим духовным взором и испытывают высочайшее блаженство быть воспринятыми этими Иерархиями. Они устремляются к высшим Иерархиям и приносят им знание о земном.

Вы видите, как элементарные духи служат соединительным звеном между Землей и духовным мирозданием: вы можете проследить грандиозную драму фосфоресцирующих ундин, поднимающихся в море света и пламени, чтобы послужить пищей высшим Иерархиям, и сильфов, преображенных в зеленые и красные вспышки молний и поднимающихся в море огня, чтобы их вдыхали и выдыхали высшие Иерархии. Так земное непрестанно вступает в вечность. Там духи огня пребывают в вечности, ибо деяния их непреходящи. Хотя здесь, внизу, смерть бабочек [ В немецком оригинале написано (ошибочно) — "смерть птиц". — Примеч. перев.] происходит только в определенное время года (так что сияние, истекающее из этой субстанции, дискретно), но духи огня, саламандры, следят за тем, чтобы сияние, которое бабочки дарят миру, не прекращалось в течение всего года и всегда предстояло взорам Иерархий. Поэтому Земля окутана некоторым родом огневой мантии. Если смотреть на нее снаружи, она выглядит пламенеющей благодаря существам, которые видят  вещи на Земле совершенно иначе, чем мы. Для человека, как я только что говорил, Земля — это твердая материя, которая образует почву под его ногами. Для гномов — это полая сфера, проницаемое пространство. Для ундин вода является элементом, из которого они поглощают фосфоресцирующие вещества. Сильфов астральность воздуха, рожденная миром умирающих птиц, побуждает к преобразованию себя в молниеносные красные и зеленые вспышки (вспышки обычно у них бывают синеватые и тусклые). Наконец, жизнь бабочек и насекомых надолго одаривает Землю огненной мантией, оболочкой из огня. Для ясновидящего Земля вся окружена удивительными пылающими картинами, а с другой стороны, его взгляд может следовать за молниеносными вспышками сильфов и фосфоресценцией ундин, которые поднимаются от Земли и исчезают в небесах. И он говорит себе: "Здесь, внизу, элементарные духи живут, движутся, действуют, они поднимаются и исчезают в пылающей мантии Земли". Но на самом деле это не исчезновение элементарных духов: это их присоединение к вечной жизни, переход в лоно высоких духовных Иерархий.

Все, что в конечном счете предстает в этой удивительной мировой картине, но является выражением процессов, происходящих на Земле, берет свое начало, проходит первоначальную фазу развития на нашей планете. И мы, люди, постоянно включены в эту картину.

Хотя в обычном состоянии сознания мы не способны воспринимать это свое окружение, это все же не отменяет того факта, что каждую ночь мы оказываемся в центре самой разнообразной деятельности этих существ и принимаем в ней участие как благодаря нашему "Я", так и благодаря нашему астральному телу.

Для гномов наблюдать за человеком во время сна настоящее развлечение: не за отдыхающим физическим телом, но человеком, освобожденным от него, — за его "Я" и астральным телом. Человек же в это время  продолжает мыслить в духовном мире и ничего об этом не знает. Он не знает, что мысли его живут в духовном. Что касается ундин, они находят совершенно непонятным, что человек так мало знает самого себя. У сильфов и саламандр то же впечатление.

На физическом плане нам весьма неприятно, когда нас окружают и преследуют среди ночи комары или другие насекомые. А ведь духовный человек ("Я" и астральное тело) ночью бывает погружен в жизнь и работу элементарных духов, которые без конца призывают его обострить свое сознание и узнать немного больше о реалиях мира.

Попробую дать представление об этом. Когда, окруженные роями гномов, ундин, сильфов и саламандр, люди начинают их слышать и обнаруживают, что являются для них предметом насмешки, элементарные духи призывают людей продвигаться вперед по пути познания, вот тогда можно слышать, например, что говорят гномы:



Ты видишь себя как во сне 

И избегаешь пробуждения.



Гномы знают, что человек воспринимает свое "Я" еще как бы во сне и, чтобы достичь истинного "Я", ему нужно пробудиться. Это они видят со всей ясностью. Гномы призывают человека во сне:



Ты видишь себя как во сне



— они имеют в виду во время дня —



И избегаешь пробуждения.



Вот что говорят ундины:



Ты мыслишь творчество Ангелов 

И не знаешь этого.



Потому что человек не знает, что его мысли в действительности обитают в мире Ангелов.

Вот что говорят уснувшему человеку сильфы:



Творческая мощь осеняет тебя, 

А у тебя нет об этом никакого  предчувствия. 

Ты чувствуешь в себе ее силу,



— сила — это творческая мощь —



Но ты ею не живешь.



А вот как говорят духи огня:



Воля Богов укрепляет тебя. 

Но ты ее не воспринимаешь. 

От них сила твоей воли,



— сила воли Богов —



Но ты отталкиваешь ее от себя.



Эти изречения призывают заострить, укрепить наше сознание. Эти существа, не сходящие в физический мир, хотят, чтобы человек прогрессировал на пути познания и принимал участие в их мире.

Когда погружаешься в их слова, то постепенно тоже начинаешь слышать то, что эти создания говорят о своей собственной сущности. 

Гномы:



Я держу в своей власти силу корней, 

Она создает мою телесную форму.



Ундины:



Я привожу в движение силу роста в водах, 

Она формирует мою жизненную  субстанцию.



Сильфы:



Я вдыхаю жизненную силу воздуха. 

Она наполняет меня могуществом бытия.



Что же касается духов огня, то очень трудно найти слова, которые передавали бы их активность, потому что саламандры очень удалены от жизни и нужд Земли. Поэтому я использую глагол "вкушать", но следует ясно понимать, что речь идет о пожирающем пламени: чтобы передать смысл процесса, требуется произвести глагол от существительного "пищеварение". Саламандры:



Я вкушаю силу огненного стремления,

Она растворяет меня в духовности души.



В той мере, в какой это возможно, я попытался передать, как разнообразные элементарные сущности характеризуют сами себя и к чему они призывают человека.

Но они не столь недружелюбно настроены по отношению к человеку, чтобы давать ему только негативное, — от них исходят и лапидарные призывы. И эти лапидарные призывы ощущаются как нечто грандиозное. Надо научиться видеть разницу между человеческой фразой, как бы прекрасна она ни была, и духовным изречением, исходящим от всей огромной армии гномов. Тогда слова получают грандиозный резонанс, так как их происхождение совершенно иное, чем у человеческих слов. Их слова должно слышать космическим слухом. Человек, который слушает хор гномов, слышит прежде всего тот призыв, который я только что приводил, а затем следующее:



Стремись бодрствовать!



Эти слова, произносимые неисчислимыми голосами, разносятся по всему миру и производят мощное моральное впечатление. Хор ундин говорит:



Мысли в духе!



То, что касается сильфов и их хора, не так просто. Я вам говорил, что гномы в свете полной Луны кажутся похожими на маленьких рыцарей, одетых в сверкающую броню; именно в это мгновение из недр Земли поднимается их мощный призыв: "Стремись бодрствовать!". Я говорил вам также, что ундины в определенное время года поднимаются в высшие области с пламенным желанием быть поглощенными Иерархиями. В это именно мгновение посылается к Земле, как эхо их вознесения, изречение: "Думай в духе!". И когда Иерархии вдыхают и выдыхают сильфов, когда они исчезают в космическом свете как синеватые, красноватые и зеленоватые молнии, именно тогда их слова доносятся с небес:



Живи, созидая дышащее бытие!



И как бы пылая гневом (не разрушительным гневом, а полезным человеку космическим элементом) — пламенным и вместе с тем восторженным, — раздается призыв не разрозненных голосов, а мощного хора, звучащего громовым раскатом от края до края неба, хора духов огня, которые несут свой дар в пламенеющую мантию Земли:



Восприми с любовью силу

волеизъявления богов!



Безусловно, можно не внимать всему этому. Человек свободен услышать эти слова или остаться к ним глухим. Когда он их слышит, он знает, что эти слова — составные части мирового бытия, конкретные свершения. В человеческой жизни гномы играют не только ту роль, которую я здесь описал, им также поручена миссия дать человеку услышать Космическое Слово, звучащее из недр Земли. Миссия ундин дать ему услышать это Слово в мгновение их небесного восхождения. Сильфы изрекают его с мировых вершин, а духи огня глаголют из всех краев атмосферы мощным и величественным хором.

Вот как можно отобразить и перевести человеческими словами эти духовные речения. Слово элементарных духов является космическим, и хотя мы и не слышим его в современном состоянии нашего сознания, это — то Слово, которое постоянно действует в нас. Прадревняя традиция, согласно которой мироздание было создано Словом, утверждает глубочайшую истину. Но Космическое Слово не является соединением каких-то слогов, это — огромный хор бесчисленных существ, ибо каждое из них должно выразить себя в мировом хоре. Космическое Слово состоит из всей совокупности этих голосов. Недостаточно абстрактным образом представлять себе, что "В начале было Слово...", надо приступить к этому Мировому Слову, из которого произошло все. Оно составлено из разнообразных голосов мириадов существ и включает многочисленные оттенки. В этом Слове все звуки составляют необъятную гармонию мира, истинную симфонию, где каждый голос звучит на свой лад, где каждое слово является творческим.

И в этом хоре гномов с его громогласным "Стремись бодрствовать!" слышится — но только на языке гномов — та сила, которая дает человеку его скелет, его конечности.

Когда ундины призывают: "Думай в духе!", то в переводе с языка ундин это означает, что творческое Слово изливается в человека, чтобы сформировать органы его системы обмена веществ.

А когда сильфы, вдыхаемые Иерархиями, с высот изрекают свое: "Живи, творя дышащее бытие!", человек пронизывается, проникается, охватывается той силой, которая одаряет его органами ритмической системы.

И то, что громовым раскатом, присущим духам огня, доносится до внимающего слуха со стороны пламенеющей вселенской мантии, нам является только в отблеске, в отражении (ведь источником служит пламенеющая мировая мантия: оттуда изливается сила этого Слова!). Нервная система каждого человека, так сказать голова каждого человека, есть маленькое миниатюрное отражение того, что на языке этих огненных существ значит: "С любовью принимай силу воления богов". Это изречение действует в лоне самой тонкой субстанции мироздания, и когда в ней проходит развитие человека между смертью и новым рождением, это Слово преобразует то, что человек принес из своей предшествующей жизни, в то, что позднее станет его головой, его нервной системой и системой органов внешних чувств.

Система конечностей   

Хор гномов:                Стремись бодрствовать!

Организация обмена веществ

Ундины:                      Думай в духе!

Ритмическая система

Сильфы:                      Живи, творя дышащее бытие! 

Нервная система и система  внешних чувств     

Огненные существа:   С любовью принимай силу воли Богов!

         

Мы видим, таким образом, в какой мере то, что пребывает за Порогом, входит как составная часть в нашу природу и дает нам доступ к божественным творческим силам, которые все создают и одушевляют. И если мы вспомним стремление людей прошлых времен и то, что вдохновило Гёте к написанию следующих двух строчек из "Фауста":

Познай все сущее в основе 

И не вдавайся в суесловье,

[ Гёте В. Фауст. Сцена 1 "Ночь" (перев. Б. Пастернака) — Примеч. пер. ]— то мы имеем право сказать, что это стремление должно быть осуществлено. Это должно случиться в процессе будущего развития человеческого существа. Вне этого нет реального познания. В действительности человек во всем им познаваемом пока еще только играет словами. Он занят суесловием в той мере, в какой не погружает свои взоры в силы и зародыши, которые всеми средствами строят и воздвигают его.

Итак, конечности, система обмена веществ, ритмическая система, нервная система и система органов внешних чувств — все это составляет единство противоположно направленных течений, когда снизу вверх звучит: "Стремись бодрствовать!" и "Думай в духе!", а с ними смешивается звучащее сверху вниз: "Живи, творя дышащее бытие!" и "С любовью принимай силу воления богов!".

Изречение: "С любовью принимай силу воления богов!" — является творческим принципом, неторопливо и без суеты действующим в голове. А восходящее снизу вверх "Думай в духе!" и изречение, нисходящее сверху вниз: "Живи, творя дышащее бытие!" — объединяются и перемешиваются друг с другом в ритме, который сам является прообразом органических ритмов дыхания и кровообращения. Изречение: "С любовью принимай силу воления богов!" внедряет в нас органы внешних чувств. А все, что проявляется, когда мы передвигаемся, когда стоим, когда двигаем руками и ногами, всем телом, что служит воплощением нашего волеизъявления, звучит в изречении: "Стремись бодрствовать!".

Итак, вы видите, что человек, малый мир, является созвучием Мирового Слова, которое на низшей ступени может быть истолковано представленным выше образом. Это Мировое Слово можно проследить гораздо выше и дойти до высших Иерархий. Там Мировое Слово обладает бесконечным величием, так как оно порождает весь мир. Призыв элементарных духов, который раздается в мироздании, — это эхо всеобъемлющего Космического Слова, Творца всего, что только живет и существует.

Гномы:

Ты видишь себя как во сне

И избегаешь пробуждения.

Я держу в своей власти силу корней.

Она создает мою телесную форму.

Ундины:

Ты мыслишь творчество Ангелов

И не знаешь этого.

Я привожу в движение силу роста в водах,

Она формирует жизненную субстанцию.

Сильфы:

Творческая мощь осеняет тебя,

А у тебя нет о ней никакого предчувствия.

Ты чувствуешь в себе ее силу,

Но ты ею не живешь.

Я вдыхаю жизненную силу воздуха,

Она наполняет меня могуществом бытия.

Саламандры:

Боля Богов укрепляет тебя.

Но ты ее не воспринимаешь.

От них сила твоей воли.

Но ты отталкиваешь ее от себя.

Я вкушаю силу огненного стремления,

Она растворяет меня в духовности души.

Хор гномов:

Стремись бодрствовать!

Ундины:    

Думай в духе!

Сильфы:

Живи, творя дышащее бытие!

Духи огня:

Восприми с любовью силу волеизъявления богов!


[ Предлагаемый перевод медитативных формул представляет собой только подстрочник, в котором соблюден порядок  слов оригинала и их основное значение. —Примеч. перев.]



Назад       Далее      

  Рейтинг SunHome.ru